возврат зависших по милости Хлоупа средств. Как я уже докладывал, несколько человек, включая покойника, сколотить капиталец вознамерились на поставках в тюрьмы
специального оборудования. Бизнес, особенно при наличии влиятельного лоббиста, –
бешено прибыльный. Да вот незадача: ловкачи уже закупили часть товара, а за остальной
– перечислили деньги, когда на горизонте появился Перебежчик с идеей психоареста. И
проект Олумба сотоварищи, по крайней мере, временно, накрылся одним непечатным
местом.
– Каковы ваши конкретные шаги? – в этот раз нетерпение проявил уже генерал.
– Ради того, чтобы вернуть средства, мы решили пожертвовать одним из наших
агентов. Дав ему задание подорвать склад боеприпасов, просигнализировали о теракте в
полицию. Диверсанта задержали. Олумб постарался, чтобы его бросили на ту же зону, где
укрывается Перебежчик.
Сейчас работаем над тем, чтобы пути задержанного агента и долбаного
психотерапевта как можно скорее пересеклись. По нашему указанию первый (он ведь не
подозревает, что его сдали свои) отправит на тот свет второго. А после того, как отзвучит
похоронная музыка, вновь станут актуальными поставки тюремного оборудования.
Иными словами, заирские ловкачи деньги, в том числе и вложенные Хлоупом, наверняка
отобьют. Да еще с хорошей прибылью!
Любовника Олумба мы перебросили сюда, в Конго. И намерены держать его под
присмотром как угодно долго. По крайней мере, до тех пор, пока не вернем бабки.
– Понятно! Но вы по телефону дали понять, что у вас случилось еще одно ЧП –
масштабом поменьше. Правильно ли я вас понял? – поднял голову от бумаги, куда что-то
записывал, председатель комиссии.
– Так точно! Я не обсуждал вопрос по проводной связи исключительно в целях
конспирации. Чтобы не быть подслушанными. Лучше лишний раз перестраховаться.
– Одобряю! И – рассказывайте дальше.
– В самом начале доклада я упоминал о том, что происходило у нас в период
кардинальных кадровых перемен. Практически на все должности пришли новые, без
малейшего опыта, хотя и честные, люди.
– Хватит оправдываться! Давайте о микро-ЧП, – оборвал полковника Жуадга.
126
– На прошлой неделе ко мне явился начальник отдела, курирующий легальных
агентов. С рапортом об оказании материальной помощи семье одного из них – геройски
погибшего при исполнении служебных обязанностей. Я оставил принесенное досье у себя, ибо был, во-первых, крайне занят, а, во-вторых, дело не относилось к разряду
неотложных.
– Не является ли это нарушением действующих инструкций? – прокрякал, будто
утка, усердно жующий жвачку майор.
– В исключительных случаях подобное допускается. Тем более, в такой ситуации.
Речь-то шла о почившем в бозе сотруднике. Иными словами, никакая опасность нашему
общему делу не грозила.
– Растекаться мыслию по баобабу, господин полковник, будете потом! – Абунг
направил доклад в нужное русло.
– Так точно, господин генерал! Продолжаю. Так вот, на второй день – так совпало
– я заслушивал еженедельный доклад уже шефа нелегалов. Речь, в первую очередь, шла
об успешном завершении операции по ликвидации Хлоупа. Возвращая личное дело
предателя, которое также отправлялось в архив, я нечаянно столкнул на пол досье, принесенное накануне. Папка раскрылась, бумаги рассыпались. Подчиненный бросился
помогать мне их собирать. И, наряду с другими листками, поднял фото геройски
погибшего агента. Положил все на стол. Потом, хмуря брови, обратился ко мне:
– Господин полковник, понимаю, что вторгаюсь в чужую парафию, но разрешите
еще раз взглянуть на снимок!
– Зачем? – переспросил я.
– Больно уж лицо знакомо!
– Не может быть! – возразил я. – Это один из лучших легальных агентов. Вам кого-
либо из них знать не положено по должности.
– И все же – разрешите! – настаивал офицер.
– Что оставалось делать? Я протянул ему фото. Он несколько минут внимательно
изучал черно-белый кадр. Потом переспросил: «Так это легал?» – «Да!» – подтвердил я.
Офицер молча протянул принесенную им папку и произнес: «Взгляните тогда на этот
снимок».
Я взял в руки документы. Право, если бы у меня была матка, она бы опустилась
ниже колен!
– Пожалуйста, избавьте нас от родовых схваток! – недовольно нахмурил брови
генерал.
– Извините! Но поймите и меня. Оба агента оказались… одним и тем же
человеком.
– Не может быть! – воскликнул майор.
– Отказываюсь верить! – фыркнул финансист.
Что касается Абунга, то он, похоже, на мгновенье вообще потерял дар речи.
Однако, прокашлявшись, таки сподобился на вопрос:
– Как такое могло произойти?
– Разобрались и здесь. Оказалось, именно этому агенту мы раньше меняли статус.
Электронную копию его досье передали из отдела в отдел. Чтобы вслед, после
соответствующей регистрации, предоставить и оригинал. Произошедшая тотальная смена
кадров в управлении спутала все карты. Офицер-новичок, пришедший на должность
патрона нелегалов, не знал, что имеющийся в его распоряжении документ – копия. В
аналогичной ситуации очутился визави из «легального» подразделения. Он не снял с
учета человека, уже переведенного в другой статус.
– И что?
– А то, что выходить на связь с одним и тем человеком продолжали оба отдела. И
