- Саша, добром бы эта победа не кончилась. Завоевать всю Европу большевики не могли. Теперь-то это очевидно! Но не в 1920!
- Выходит, самым правильным вариантом было остановиться на линии Керзона. Обойтись без потерь, сохранить авторитет и даже, при настойчивости дипломатов, получить что-то типа контрибуции.
- Именно! Но это совершенно не укладывалось в логику членов Политбюро РКП(б)!
Вера заметила, что муж перестал ее слушать, полностью погрузившись в свои мысли. Стараясь не мешать, она обновила чашки свежим чаем, и немного прибралась на столе. Александр разложил листочки, попросил карандаш, и еще раз быстро просмотрел написанное, отмечая некоторые места.
- Верусик, ты мое чудо! - Шелепин забросил злосчастный "план БЦС" обратно в папку. - не зря, совершенно не зря я решил показать все сначала тебе. Уже чуть было не решился на крайние меры…
- Допросы и в психушку? Как опасного диссидента? - Вера вздохнула, - все еще не повзрослел!
- Ты мне открыла глаза. В плане пришельца немало здравых идей, будет величайшей ошибкой их не использовать.
- Например?
- Ну хотя бы отменить Никитин подарок, Крым присоединить обратно к РСФСР. Пока это еще возможно в порядке ликвидации Хрущевских перегибов.
- Разве это реально? Ведь подарок…
- Если по просьбе Украинских товарищей, то почему бы и нет. Но Шелест с Подгорным на это наверняка не пойдут.
- А еще?
- Вернуть Абхазии статус республики, этот вопрос у них сейчас как раз активно обсуждается в среде интеллигенции. Петр разумно написал - разделить все за пределами РСФСР на небольшие и зависимые от центра части.
- Подло как-то, по иезуитски, - сморщила нос Вера, а в технических вещах?
- С компьютерами все очевидно, нужна специальная программа по из разработке, типа звездной или атомной. - Александр скривился, - но как бы на самом деле для этого не пришлось сворачивать часть космических исследований.
- Тебе это не дадут сделать, Леня только ждет, на чем сломать. Последний раз помнишь, в гостях у него?
- Так это когда еще было…
- Он на тебя так смотрел, думал, его никто не видит. - Вера многозначительно хмыкнула, - примеривался как лучше придушить, сразу, или чтоб помучилась.
- Все время приходится ждать подвоха, - вздохнул Александр, - как вариант, можно начать работу по ЭВМ в рамках космических исследований, а пока не будет результатов, всячески тормозить дальние запуски. В истории Петра более 50-ти космических аппаратов было отправлено на Луну, Марс и Венеру без особого результата. Раскидали народные деньги по космосу!
- Тут тебе виднее, - засмеялась жена, - я так и не поняла до конца отношения в вашей банке с пауками.
- Сплошные вопросы и проблемы. Черт! В 15-30 ко мне Кучава должен прийти с отчетом! Убегаю!
Проводив Митрофана Ионовича взглядом до двери кабинета, Александр наконец перевел дух. Рубашка на спине предательски набралась влагой за каких-то двадцать минут разговора. Не человек, а хитрая лиса с зубами матерого волка!
Недавним собеседникам уже приходилось встречаться множество раз. Как лично, так и на различных мероприятиях. Статный щеголь-грузин всегда выделялся по особому сидящем на широких плечах пиджаком, с прямыми и жесткими на вид бортами. Частые заграничные командировки изменили его жесты и мимику, придали им едва уловимый оттенок лоска и изысканности, который, тем не менее, резко диссонировал с окружающими функционерами.
Их отношения следовали извечному канону начальник-подчиненный. Товарищ Шелепин с прямой спиной и свинцовым взглядом с начальственного кресла выслушивал доклад товарища Кучавы, иногда давал распоряжения сухим голосом. Александр прекрасно знал, что именно таким формальным поведением заслужил в свою бытность Председателем КГБ нелюбимое прозвище "Железный Шурик". Но поделать с собой ничего не мог.
Сегодня все получилось по другому, как будто в его душе сломался тот самый стальной стержень. Он встретил Митрофана в паре шагов от своего стола, разко пожал руку, и чуть полуобняв, усадил его за стол, который ножка от "Т". Сам, даже не присаживаясь, попросил секретаря оформить чаю, и сел на стул напротив гостя. Так посоветовал заместитель, Павел Кованов, который шесть лет проработал вторым секретарем ЦК КП Грузии.
Аппаратный волк выдал свое немалое удивление лишь заинтересованным блеском глаз. И начал привычный рассказ о ситуации, по количеству трескучих фраз и стандартных партийных оборотов больше похожий на доклад съезду партии. Шелепин это предполагал заранее, поэтому сразу прервал речь, попросив человеческим языком объяснить цифры в аналитической записке, которую товарищ Кучава должен был подготовить.
