Сравнительно быстро, за два-три года, Кружнев нашел множество единомышленников – каких только чудаков и сумасшедших не живет в столице, – обнаружил выставки-продажи, обзавелся специальным инструментом, начал гулять по паркам и лесам Подмосковья в поисках притаившейся там натуры. Его хобби превратилось в ремесло не только интересное, но и доходное. Так как Леня не пил и не курил, позволял родителям себя кормить и одевать, скоро у него скопилась изрядная сумма, и он купил «Жигули».
На выставках Леню Кружнева обвиняли в формализме и бездуховности, но его страшноватые творения пользовались успехом у детей и богомольных старух. Одни видели в них любимых сказочных героев, другие – исчадия ада, которые грядут в наказание за все грехи человеческие. Он творил, что хотел, как чувствовал, заботился о своем гардеробе, содержал в порядке свои «Жигули», стал снова поглядывать на женщин.
Маше, она называла себя Марией, только исполнилось двадцать. Она приехала со Смоленщины якобы поступать в институт, на самом деле желала выйти замуж за москвича и жить, как подобает красавице. Она себя несколько переоценивала: стройная блондинка, вздернутый носик, голубые, порой бессмысленные глаза, пышные, волнующие юнцов формы, но опытные мужчины знают, что женщины такого склада очень скоро теряют спортивные кондиции, полнеют и расплываются.
Маша работала штукатуром на стройке, жила в общежитии, все деньги тратила на парфюмерию и наряды, разыскивала сначала принцев, затем по нисходящей – директоров магазинов, продавцов комиссионок, грузчиков мебельных магазинов. Мужчины знакомились охотно, с готовностью выполняли свои обязанности, то есть кормили в ресторанах и столовых, угощали коньяком и красненьким, оставляли ночевать, но жениться не торопились.
Леня Кружнев подвез как-то проголосовавшую Машу от проспекта Калинина до Белорусского вокзала, а через два месяца они поженились.
Человек, как известно, сложен и противоречив. Кружнев насмехался над пристрастием девушек к мужчинам рослым и видным, над легкомысленным пренебрежением внутренней сутью человека, а сам с детства мечтал лишь о красоте. И женился он именно на красотке. Надо отдать Кружневу должное: он не обманывался, в чувства Маши не верил, знал цену уму и духовному содержанию своей избранницы. Тебе нужна квартира, московская прописка и машина? Имеется. Ты тоже меня устраиваешь. Так сделка состоялась.
Леню вполне устраивало, даже нравилось, что жена будет полностью от него зависеть. Казалось, он все учел и взвесил. Что говорить, в наше время брак по расчету далеко не редкость. Но вся немудреная конструкция Лени Кружнева через полгода рассыпалась. Он влюбился в собственную жену.
Женщины существа чуткие, Маша не была исключением. Она ощутила перемену в отношении к ней мужа и методично, неторопливо повела захватническую войну. Сначала молодые поменялись с родителями комнатами, переселились в большую. Маша ушла с работы – непристойно жене художника штукатурить стены, – закончила курсы, получила права и стала «одалживать» машину сначала на час-два, потом на полдня. Леня сдавался без борьбы, с юношеским восторгом, потакал капризам, дарил цветы, покупал кофточки и платьица, прочно прописался на седьмом небе. Он никогда не подозревал, что отдавать и дарить значительно приятнее, чем требовать и получать. Глупость и женское коварство Маши он отлично понимал, видел, но и они приводили Леню в неописуемый восторг.
Маша составила долгосрочный план оккупации вражеской территории, про себя иначе как вражиной и Гитлером мужа не называла, и упорядоченно занималась уничтожением материальных ресурсов противника, подбирая плацдарм для переброски своей живой силы.
В мае шестьдесят восьмого года Маша погибла в автомобильной катастрофе. Кружнев впал в злое бешенство. Ему не жалко было человека, женщину, возможно, мать его будущих детей. Как только исчез пьянящий азарт обладания ее телом, Леня трезво осознал обстановку. Пошлая, алчная девка! Но он любил ее такую, она дарила ему счастье! Отняли, надругались над его чувствами! За что?
Кружнев заперся дома, перестал бриться и даже умываться, почти не ел – вспоминал. Всю жизнь он, надрываясь, боролся за существование. Рожденный мышонком, он ежедневно истязал себя, харкал кровью в буквальном смысле, закаливая тело, и стал вожаком стаи. Его не любили. Так вожаков и не надо любить, их следует бояться. Не обладая особыми способностями, он отлично учился. После драки, надо признать, спровоцированной, его вышвырнули на помойку. Но он не позволил себе опуститься: не спился, не начал воровать, восстал, можно сказать, из пепла и захватил место под солнцем. Теперь убили любовь, эту глупую девку, которая никому, кроме него, зла не делала. «Вы меня всегда унижали, теперь отняли самое дорогое, ну я вам отомщу!» Кому конкретно и за что собирался он мстить, Кружнев не задумывался.
