несколько вопросов — это мягко сказано. Мы просидели здесь несколько часов. Делали перерыв на туалет и перекус. К концу разговора мне казалось, что у меня спрашивают одно и тоже, только разными словами. Вопросы путали и ставили в тупик. Дойл и этот мистер Коттон чередовали вопросы о моём самочувствии и том, откуда я. Где вырос, как часто хожу в туалет, есть на что-нибудь аллергия и почему иду на север. Словно из рога изобилия они засыпали меня подобным. Даже спрашивали о наших шалостях с Ризой и почему мне снится некая Мишель. Похоже, что спасённая мною девушка всё отлично запомнила и разузнала. Единственная хорошая новость — это то, что они ничего не спрашивали о Клементине. При встрече надо поблагодарить Ризу, после того, как отлуплю её палкой. Думаю, в чистой рукопашке у меня нет шансов против неё. Уж больно хорошо она физически сложена. Воспоминания о теле девушки взбодрили меня, что не осталось незамеченным моими собеседниками. Следующие пятнадцать минут они расспрашивали меня о Ризе, о её поведении и о том, что она мне говорила. Было странно доносить начальству девушки о её поведении. Чувствовал себя словно меня вызвали учителя после уроков.
Наконец-то всё это закончилось. Коттон обнадёжил меня лёгкой улыбкой и кивком, после чего удалился, вместе с ним ушёл один из солдат. Второй боец позволил себе немного расслабиться и уже не стоял на вытяжку, будто проглотив лом.
— Ну что же. Могу вас порадовать, вы отправитесь в испытательную группу на три месяца. Мы проверим вашу лояльность и отношение к работе, после чего вас переведут на более подходящую вам должность.
— Как у вас всё сурово.
— А чего вы ждали, молодой человек? Что мы берём к себе всех, кого попало? Хочу вас расстроить, такого здесь не будет. Только строгая дисциплина и соблюдение правил помогают нам выжить в этом жестоком мире. Мы уже не раз наблюдали, что творится в лагерях выживших, где нет жёсткого контроля. В лучшем случае выживает половина.
— Ясно. Я не то что бы против, просто непривычно.
— Да, да. Многие так говорят, а потом нападают на охрану, устраивают бунты и воруют у других.
Врач отвлекся от меня, продолжая что-то записывать у себя в планшете. За все прошедшие часы он ни на секунду с ним не расставался. Пожилой мужчина строчил по бумаге, словно заправская секретарша.
— Мы отошли от темы. Так как вы прошли первый уровень проверки, вам на выбор будет предоставлено три вида работ. Валить лес, работать в теплицах или в группах очистки. Что выбираете?
— Про первые два понятно, а третий вариант — это что?
Дойл издал тяжёлый вздох и снял очки. Вытащив небольшой футляр, мужчина раскрыл его, доставая маленькую полоску ткани и небольшой пузырёк с жидкостью. Промокнув тряпочку, он нарочито медленно начал протирать стёкла. Подняв на меня взгляд Артур, прищурив один глаз, ответил на мой вопрос.
— Мы постоянно расширяем территорию. Создаём, так сказать, безопасную зону. Организовываем новые убежища и добываем так необходимые нам материалы и припасы. Каждый день десятки групп уходят за ворота и убивают "ходячих". Мы не знаем точно, почему мертвецы восстают, но после второй смерти всё равно остаётся человеческое тело. Источник множества болезней и заразы. Группы очистки занимаются уничтожением трупов. Это очень опасная и грязная работа.
Закончив говорить он надел свои очки обратно. Футляр вместе со всем содержимым исчез в складках халата.
— Такое не по мне, я лучше пойду дрова колоть.
На лице доктора расцвела улыбка. Мужчина даже с каким-то удовольствием начал записывать что-то в свой планшет.
— Это хорошая новость. Лесорубы нам всегда нужны. Чтобы согреть такое количество людей, нужно много дров, а у нас сейчас очень мало людей может заниматься подобной работой. Все крепкие мужчины обычно идут в боевые подразделения.
— Воевать — это не моё. А то, что мало людей на работах, так это даже лучше. Один и в тишине я смогу работать продуктивнее.
— Угу, угу. Хорошо. К тому же это вам зачтётся. Все побегушники обычно стараются попасть в команды очистки.
Мы ещё долгое время общались с Дойлом. Он провёл полный медицинский осмотр и даже угостил кружкой чая. Отношение ко мне сильно изменилось по сравнению с началом беседы. Я не обманывался доброй улыбкой старика. С таким же лицом он наверняка списывал целые семьи тех, кто не хотел здесь оставаться. Боюсь представить, что за работа у тех, кто провалил "собеседование".
В этот раз ночевал я в общем бараке. По словам Сэма, теперь я имею право на еду два раза в день и душ. Спальное место в бараке и сменную одежду. Насколько я понял из его оговорок, чем выше твой уровень лояльности — тем лучше условия жизни. Сурово конечно, но справедливо. В мире трупов-каннибалов нет места для благотворительности. В целом мне нравилось общество этих людей. Конечно они многое недоговаривали и наверняка ещё будут долгое время проверять меня, зато здесь никто не жрёт людей, не приносит в жертву и не насилует всех, у кого есть подходящее отверстие.
