— Это и есть тот самый пресс? — спросил урядник, ткнув пальцем в станок.
— Он самый. Заводской. В смазке еще.
— А в остальных ящиках что?
— Там гильзы револьверные, там свинца малость, а вот тут капсюли. Все с завода, в смазке и упаковано правильно. Знай заряжай.
— А остальное? — деловито уточнил урядник. — Ты вроде много инструментов всяких называл.
— Все есть, Николай Аристархович. И не думал, что у вас тут такое богатство хранится.
— Вот и хорошо, — помолчав, кивнул урядник. — Значит так, Михаил. Отдать это все тебе я, сам понимаешь, не могу. А вот допускать тебя сюда для работы — это запросто. Так что разбирай тут все, устанавливай, как сам решишь, и приступай с божьей помощью. Разрешение на вход тебе уже выписали. Ты у нас личность известная, так что работай спокойно. Что скажешь?
— Ну, пули я лить дома стану, — подумав, протянул Мишка. — Мне там удобнее. А собирать патроны уже здесь стану. Да. Так лучше будет.
— Это чем же? — насторожился урядник.
— Ну, порох положено от огня отдельно держать. Так что здесь только заряжать. Чтобы от беды подальше. И еще мне железный стол требуется. Станок установить так, чтобы не болтался.
— Нарисуй и размеры укажи. Будет, — решительно кивнул урядник. — Дело нехитрое.
— Дядька Николай, что происходит? — глядя ему в глаза, тихо спросил Мишка. — Ну не верю я в какую-то проверку. Не станет начальство по осени стрельбы устраивать. Чего ждать, Николай Аристархович?
— Гм, — откашлявшись и расправляя усы, смущенно протянул урядник. — Так и знал, что догадаешься. Ладно. Ты парень умный и не болтливый. Расскажу. Есть слушок, что по первому снегу хунхузы собираются большой набег устроить. И не просто поезд какой ограбить. А именно на узловую станцию.
— А зачем им это? — подумав, спросил Мишка, решив подвести его к мысли о возможной войне. — Хунхузы ведь бандиты. Налетели, постреляли, похватали, что смогли, и удирать. Да и знают они, что тут не полтора инвалида с одной берданкой, а всякие бойцы есть. И конвой каторжный, и полиция, да и охотников много. И зачем им такой риск?
— Вот и мы всем участком головы ломаем, зачем, — нехотя буркнул урядник, внимательно выслушав его слова.
— Не станут они сами просто так на узловую лезть. Если только точно знать будут, что там есть чем поживиться, или кто-то им награду серьезную пообещает.
— Это кто ж за такое награду пообещать может? — насторожился урядник.
— Тот, кому выгодно дорогу перерезать, чтобы от остальной страны ее отсечь. А таких всегда хватало. Что французы, что немцы, что англичане, что японцы. Всем Россия мешает, — вздохнул Мишка.
— Ишь ты, как завернул, — удивленно проворчал урядник. — И ведь ровненько все. И японцы в эту строку укладываются. Только как это все доказать, чтобы начальству доложить?
— А не стрелять всех хунхузов подряд, а подранками живыми брать. Ну а после уже и допрашивать.
— Умный какой, — фыркнул урядник. — Ты сначала заметь его, да потом попади так, чтобы подранить. А после еще достань в тайге. Для них тайга дом родной.
— Ну, что думал, то и сказал, — пожал Мишка плечами, усилием воли заставляя себя прикусить язык.
— Да ты не обижайся, — вдруг улыбнулся урядник. — Мысля-то дельная. Вот только кто ее применять станет? Я ж говорил, у меня стрелки… В корову с пяти шагов попадут, и то слава богу.
— Ну, тут, ежели захотите, я много чего подсказать могу, — осторожно предложил парень. — Револьвер не ружье, но правила точной стрельбы не сильно отличаются.
— Хочешь сказать, что сможешь из револьвера выстрелить не хуже, чем из ружья своего? — не поверил урядник.
— Вот накручу вам патронов запасных и покажу, — решившись, пообещал Мишка.
— Добро. Работай, — кивнул урядник с неожиданным азартом.
Закончив разбирать ящики, Мишка поднялся к дежурному и, попросив у того лист бумаги и карандаш, быстро нарисовал требуемый верстак. Потом туда же вписал все недостающее для работы и, велев передать сию эпистолу уряднику, отправился домой, прихватив с собой свинец и пулелейку. Отлить сотню пуль при имеющихся у него приборах — вечер работы.
Утром, снова придя в участок, он вернулся к прерванному занятию. К огромному удивлению парня, в самом низу штабеля нашелся ящик, в котором лежали запчасти для десятка револьверов. Стволы, рамки, УСМы и даже накладки на рукоять. Удивленно почесав в затылке, Мишка быстро собрал один револьвер и, пощелкав курком, проворчал:
— Или я дурак, или жопа с двумя «п» пишется. Это ж оружие с самовзводом, а местные пользуются револьверами одноразового действия. Чует мое сердце, без урядника тут не разобраться.
Словно в ответ на его мысли, на лестнице раздались тяжелые шаги.
— А это у тебя откуда? — с ходу спросил урядник, едва протиснувшись в мастерскую.
— Вон, ящик вскрыл, а в нем таких десять штук в разобранном виде, — ответил Мишка, протягивая ему оружие рукоятью вперед.
— Вона как! — растерянно прогудел тот, вертя в руке револьвер.
— На спуск нажмите, — с улыбкой посоветовал Мишка.
Урядник послушно нажал на крючок, и револьвер смачно щелкнул.
— Это что ж за механика такая? — удивился урядник.
