— Вот это меня и насторожило. Снег — это ниточка для преследования. А зачем бандитам погоня? Им пожива нужна, а не война.
— Да чтоб тебя! И где мои мозги были? — вскинулся урядник, хлопнув себя ладонью по лбу. — Нет, чтобы сразу на это внимание обратить.
— На то и расчет был, — пожал Мишка плечами. — Дел каждый день много, вот за ними простого и не заметили. Николай Аристархович, могу я на допросе присутствовать?
— Зачем тебе? — растерялся урядник.
— Да все думаю, как эту рожу на чистую воду вывести. Может, во время допроса чего на ум придет.
— Добро, позову, — окинув парня задумчивым взглядом, кивнул урядник. — А чем тебя винтовки удивили? — вдруг спросил он.
— Английские, новые. Откуда у обычных бандитов такое оружие? А еще у каждого не меньше чем по три десятка патронов. А патроны тут непростые. Пуля в медной рубашке. И такое оружие у большей части. У остальных японские «Арисаки». — Мишка кивком головы указал в сторону кучи брошенного оружия. — Но «Арисаки» старые. Явно давно пользованные. Ими по калибру на промысле не так уж и плохо. Тяжелого зверя взять трудно, но можно. Пушного уже не возьмешь, а вот оленя, марала, изюбря, да ту же кабаргу — запросто.
Произнося все это, он подошел поближе к пленным, краем глаза отслеживая реакцию замеченного им человека.
— И патронов к японкам не так много. К англичанкам гораздо больше, — закончил он, словно невзначай останавливаясь рядом с пленным. — Вот и выходит, что кто-то эту банду специально к нападению вооружил. А бандиты, по своей привычке, лучшее оружие раздали не лучшим стрелкам, а тем, кто к их начальству поближе.
Быстрый взгляд бандита заставил его утвердиться в своих подозрениях. Он явно понимал, о чем идет речь, и логические выкладки парня ему явно не понравились.
— Конитива, — произнес Мишка, глядя ему прямо в глаза.
— Моя не понимай, господина. Моя китаеся, — послышалось в ответ.
— Я не господин. Я молодой человек, — улыбнулся Мишка, всем своим видом демонстрируя доброжелательность.
— Не господина, мородая черовека, — послушно повторил бандит.
— Попался, — рассмеялся Мишка и, ткнув в него пальцем, пояснил: — Только японцы вместо «эл» — «эр» выговаривают. У них в языке буквы «эл» нету.
Взвыв, бандит попытался достать Мишку уцелевшей ногой. Вторая была прострелена. Шагнув в сторону, парень не раздумывая двинул его прикладом в морду и, повернувшись к растерянно замершим полицейским, скомандовал:
— Этого увести. Держать от остальных отдельно. Ни с кем не давать говорить. И главное, руки не развязывать. Они голыми руками мастера драться. Лучше всего было бы одежку всю срезать. Мало ли чего он в ней припрятал.
Полицейские, не дожидаясь команды начальства, подхватили арестованного и поволокли его в сторону участка. Удивленный до полного онемения урядник, покрутив головой, прогудел:
— Ну, Мишка, ну, гвоздь! Это ж надо было удумать… И где только выучиться успел?
— Книжки читать люблю, Николай Аристархович. В книжках много чего умного написано, — весело улыбнулся парень. — Ну, теперь уж ваши дела пойдут. Я тут более не нужен. Пойду тетушку успокою. А то, небось, так за печкой с ружьем и сидит.
— Ступай, Миша. Ступай, — понимающе усмехнулся урядник. — И спаси тебя Христос за помощь.
— Благодарствую, Николай Аристархович. Патронами завтра уж заниматься стану. Пусть уляжется все.
— Добро. Ежели чего, я за тобой пришлю, — кивнул урядник, завидев подкатывающую пролетку с начальством.
Пользуясь тем, что урядник отвлекся, Мишка поспешил скрыться в переулке, унося добытое оружие и собранные с бандитов патроны к нему. Вспомнив, что вторая винтовка так и осталась в избе, парень довольно усмехнулся и, шагая по улице, проворчал себе под нос:
— Оружия и патронов много не бывает. Под эту марку я еще и револьвер легализую.
Войдя во двор, он, нарочито топая сапогами, прошел в сени и, встав сбоку от двери, громко позвал:
— Мама Глаша, не стреляй, это я, Миша.
В избе что-то грохнулось и, покатившись, зазвенело. Потом дверь распахнулась и в сени выскочила Глафира, заплаканная, но с ружьем в руке. Подхватив оружие, он обнял тетку, повисшую у него на шее, и, вздохнув, проворчал:
— Ну, будет, мама Глаша. Будет. Все ж в порядке. Живой я. Здоровый. Даже не поцарапанный. Молочка нальешь?
— Ой, господи, я ж еще корову не доила! Я быстро, Мишенька, — заполошно запричитала женщина и, забыв обо всем, метнулась в дом.
Спустя полчаса Мишка, едва не урча от удовольствия, поглощал огромный кус свежего хлеба, запивая его парным молоком. Выхлебав подряд две чашки, парень с довольным видом откинулся на стену и, оглядев избу осоловелым взглядом, тихо проворчал:
— Блин, а про барахло бандитское-то я и забыл!
