— А ты ведь, похоже, задумал что-то, — задумчиво протянул Савва, рассматривая парня.
— Задумал, — не стал таиться Мишка. — Мне еще возраста подходящего нет. И если я к купцам с золотом сунусь, они все сделают, чтобы про место узнать и меня от дела оттереть. А так, ты уйдешь, а я затаюсь на пару лет. Буду добывать понемногу, и там же, на заимке, прятать. А придет время, стану золотишко сдавать, и если получится, заявку в гильдию подам. Не хочу всю жизнь одной охотой жить. Да и не будет здесь скоро никакой охоты.
— Почему? — снова насторожился Савва.
— Война будет. Не знаю, как скоро, но будет. Точно. Среди тех хунхузов два японца было. Офицеры разведки. По их души аж из Екатеринбурга люди приезжали.
— Правду говорили, — тихо проворчал Савва, кивнув своим мыслям.
— Правду. Так что, договорились про лето? Тебе золото, мне место, и разойдемся краями. По рукам?
— По рукам, — решительно кивнул грек, протягивая ему руку ладонью вверх.
— А с купцом как решим? — спросил Мишка, хлопнув его по ладони.
— Пущу слух, что купчина сам неправ. А кто не услышит, твоя добыча, — помолчав, ответил Савва.
— Кто не услышит, пусть сразу себе панихиду заказывает, — зло фыркнул Мишка и, попрощавшись, отправился домой.
— Да, Миша, сделал ты себе имя, — с усмешкой проворчал урядник, прихлебывая горячий чай. — Вся белая часть поселка шумит. Меня уже до белого каленья довели, требуя объяснить, где я такого зверя взял.
— А вы чего? — с интересом спросил Мишка, прожевывая очередной пряник.
— А что я? Сказал, что сироте помогал, а он потом толковым охотником стал. Ну, и помогает мне, убогому, по дружбе да по старости моей, — ответил толстяк, хитро усмехнувшись.
— Это вы-то убогий?! — вытаращился Мишка и, не удержавшись, расхохотался. — Ой, дядя Николай, уморил! — простонал он, утирая набежавшие слезы. — Да мне твоего ума и знаний хоть половину, я бы уже купцом стал.
— По возрасту в гильдию не возьмут, — добродушно усмехнулся урядник. — А если правду сказать, так ты и вправду спас меня, Миша. Пока мы там чесались да рядились, кому в бороду вцепиться, пошел да дело решил. Да так лихо, что даже военные поверить не могут.
— А эти-то чего? — насторожился Мишка.
— Так дело одного из них коснулось, — развел урядник руками.
— Это да. Но ведь там вроде тот полковник рулит. В смысле правит, — быстро поправился парень.
— Полковник — это у них тут высшая власть. А делами в гарнизоне будут другие заправлять, ему только докладывая.
— Хотите сказать, что денег за обоймы нам не видать?
— Нет, тут все честно, — качнул толстяк головой. — Но ведь помимо обойм еще и другие дела будут. — Тут урядник лукаво покосился на парня.
— И чего те господа офицеры желать изволят? — иронично поинтересовался Мишка, моментально сообразив, что разговор пошел о каком-то гешефте.
— Да пока ничего особого. Оне еще и сами толком не поняли, куда встряли, — усмехнулся толстяк. — А вот когда поймут… — Он вздохнул и, покачав головой, продолжил: — Скучно у нас, Миша. Нам с тобой этого не понять, а им скучно станет. А со скуки какой только глупости не удумаешь. А это, позволю себе напомнить, офицеры. Белая кость. Дворяне. Не нам с тобой чета.
— Так пусть балы устраивают. По очереди, — пожал Мишка плечами. — Мы с вами, дядя Николай, им в скоморохи не нанимались.
— Но ведь на охоту ты их сводить можешь?
— Да сводить-то можно, но как им добычу обеспечить? Им же зверя вынь да положь. А это не имения ихние. Тут тайга, а не лес подмосковный. Ты сначала того зверя вытропи, догони, а потом еще выстрели так, чтобы подранком не ушел. Это не по полю верхом скакать, с собаками да рогами.
— Это да, — нехотя кивнул урядник.
— В общем, так, дядя Николай. Если к тебе с этим делом придут, ты им сразу так и объясняй. Что, мол, здесь охотиться так, как они привыкли, не получится. Тут охота другая. И если они готовы по нескольку суток по нашим буеракам ноги бить, то милости просим. А ежели нет, так на нет и суда нет. А главное, сразу говорите, что добычи им никто не обещал и гарантий никаких тут быть не может. Думаю, после такого ответа половина сама отвалится.
— Умно, — подумав, кивнул урядник. — Но тут еще одно. Тому же полковнику и его ближним неплохо бы свежей дичи регулярно подкидывать. Особенно тем, которые в его штабе сидят. Сам понимаешь, свежатина, она всегда в цене.
— Подумаю, но обещать ничего не стану, — вздохнул Мишка. — Мне под это дело тогда придется все дела бросить и неделями в тайге сидеть. А как тогда с учебой людей ваших быть? Да и в мастерской всегда найдется, чего делать. По вашему же оружию.
— Тоже верно, — скривился урядник.
— А вы мужиков подрядите. Пусть кто свежую убоину приносит, к вам заходит. Думаю, копеек по десять с клюва им не помешает, а вы уж дальше сами, — осторожно предложил Мишка.
— Негоция, выходит?
— Так не с офицерами, а прислугой ихней.
