И самое важное, Коля… Ольга написала мне, что тогда, при аресте, она никого не выдала. Ты должен знать, что ее оговорили. Я понимаю, как тяжело тебе было жить, считая, что женщина, которую ты любил, предала тебя. Но это не так. Ольга тебя не предавала. Мне страшно представить, с каким грузом вины ей пришлось жить эти годы. Ольга винит себя и в смерти родителей. Но я знаю, что ее вины здесь нет. Все сложилось как сложилось. Такая жизнь, такое время. Никто ни в чем не виноват.
А ты прости ее, Коля… Каждый заслуживает прощения и любви даже потому, что когда-нибудь нас не станет. Я особенно понимаю это сейчас, в замерзающем городе, когда жизнь заканчивается, закатывается куда-то в ледяную пустоту, когда все мелкое, незначительное отступает, и вещи проявляются в своем подлинном масштабе и значении.
И вот еще… Ольга написала, что перед побегом из России она спрятала в тайнике вещи Сергея: его крест, зеркало и принадлежащую ему картину. Со слов Ольги, картина обладает большой ценностью — под вторым слоем краски спрятано старое полотно. Я не знаю, почему Ольга рассказала о картине только сейчас. Возможно, она до последнего надеялась, что Сережа вернется, или думала, что сама когда-нибудь приедет в Ленинград? А может, ждала надежного человека, с которым удастся отправить мне письмо? Как бы там ни было, Ольга попросила меня (в случае, если после окончания войны она не вернется в Россию и не сделает это сама) передать эту картину в один из русских музеев. Ольга в своей парижской жизни, должно быть, не понимает, какой опасностью для нас может обернуться это поручение, ведь если мы передадим картину в музей, могут открыться история побега Ольги и биография Сергея. Я не хотела рисковать тобой и Таней и не рассказала вам об Ольгином письме. Картина так и осталась лежать в тайнике.
Но я не сказала тебе об этом письме не только из-за картины. Зная, что ты всю жизнь любишь мою сестру, я боялась потерять тебя. Но теперь, у этой последней уже черты, я рассказала тебе правду.
5 января 1942 года
Коля, я пишу это письмо тебе уже несколько дней — по чуть-чуть, собираясь с мыслями и с силами. Знаешь, я теперь все время вспоминаю нашу последнюю встречу в декабре. Перебираю в памяти каждую минуту, каждую кроху тех воспоминаний. Перед глазами так и стоит, как мы прощались с тобой на мосту тем морозным утром.
