Еще одна станция полностью

Огаст,

Огаст Огаст Огаст.

Огаст – это время, место и человек.

Когда я в первый раз попробовала нектарин, мои сестры еще были слишком маленькими для того, чтобы им разрешали заходить на кухню. В задней части ресторана были только папа и я, сидящая на столе. Он разрезал нектарин, я украла дольку, и он всегда мне говорил, что в тот момент он понял, что со мной будут проблемы. Он научил меня этому слову. Я была в восторге от того, как он ощущался во рту. Было позднее лето, тепло, но не жарко, и нектарины были спелыми. Поэтому, сама понимаешь. Огаст – это время.

Когда я в первый раз почувствовала себя как дома, после того как уехала из дома, Новый Орлеан тек летом по моей спине. Я прислонялась к кованому железному ограждению нашего балкона, и оно было такое горячее, что едва не обжигало, но больно не было. Друг, которого я не собиралась заводить, готовил на кухне мясо и рис, и он оставил окно открытым. Пар целовал влажный воздух, и я думала о том, что они одинаковые, так же как одинаковы Залив и Река. Поэтому Огаст – это место.

Когда я в первый раз позволила себе влюбиться, было совсем не жарко. Было холодно. Январь. На тротуарах был лед – по крайней мере, так мне сказали. Но эта девушка ощущалась как нектарины и балконы. Она ощущалась как все. Она ощущалась как долгая зима, потом нервная весна, потом липкое лето, а потом как те последние дни, которые ты никогда не ожидала, те, которые растягиваются, растягиваются, растягиваются, пока не кажется, что они длятся вечно. Поэтому Огаст – это человек.

Я люблю тебя. Лето никогда не заканчивается.

Ищете кого-то? (Бруклин)

У всех нас есть призраки. Люди, которые проходят через наши жизни, в один момент они есть, а в следующий – их нет: потерянные друзья, семейные истории, поблекшие от времени. Я самозанятый исследователь и детектив, и я умею находить людей, которые проскользнули через трещины.

Напишите мне. Возможно, я смогу помочь.