—Мы как раз сейчас работаем над этим, — ответил Линдеманн.
—Прикольно, — она надкусила кекс. — А у тебя есть девушка?
Тилль вскинул на нее удивленный взгляд. Вопрос слишком личный, особенно для первой встречи в кофейне. Похоже, Нарина не отличалась ни тактом, ни особым умом.
—Не хочу говорить об этом, — сказал он и подумал, что пришло время прощаться с ней и ехать домой.
—Понятно, — она покивала. — А у твоего друга Рихарда? Он и Ангела, они ведь не были парой, да?
—Вот о нем я точно не могу говорить, — Тилль начал раздражаться. — Это его дело, и меня не касается.
—Ну, извини, я просто думала, что он только потерял любимую, и зачем-то пошел к нам. Значит, он не любил ее. Или девочки говорят правду, и он совсем не хотел спать с ними, а лишь узнать об одном нашем клиенте.
Тилль молчал, не понимая, что отвечать на это, но Нарина казалось не замечала его напряженной позы и холодного взгляда.
—Этот парень, про которого он расспрашивал - настоящий монстр. Ты даже не представляешь, как его не любят у нас, — она чуть подалась вперед и понизив голос продолжила.- Он извращенец, любит девочек. Маленьких девочек. И я думаю, что он не только у нас так развлекается.
—Зачем мне все это знать? — спросил Тилль сухо.
Она умолкла и некоторое время печально смотрела на него, а потом сказала:
—Ты популярный, может смог бы что-то сделать, чтобы остановить этого монстра.
—Нарина, я не из полиции и ничем не могу помочь. Если считаешь, что этот человек нарушает закон, позвони в полицию.
—Мне никто не поверит, я всего лишь беженка, — она тяжело вздохнула.- А ты человек с именем и к тебе прислушаются. Ты знаешь, ведь Ангела тоже интересовалась этим парнем и его грязными делишками. Расспрашивала девочек о нем, а потом ее убили. Думаешь это случайность?
—Я не занимаюсь расследованием убийств и не строю гипотезы, обратись в полицию. Ты ведь легально работаешь, не важно откуда ты приехала в Германию, они обязаны принять заявление.
—Но тогда меня уволят, — она махнула рукой.— Я останусь без денег, и мои бедные родители умрут с голоду.
—Прости, но я ничем не могу тебе помочь, — Тилль отодвинул от себя недоеденные слойки, после слов Нарины аппетит пропал. — Я наверное пойду, у меня еще дела.
—Подожди, прошу, — воскликнула Нарина и глаза ее расширились став почти круглыми. — Я обидела тебя? Прости, я не хотела.
—Нет, все нормально, я не обиделся, — успокоил он девушку, но кажется она не поверила.
—Послушай, я еще плохо понимаю вас — немцев. Вы такие закрытые и такие своеобразные, но я пытаюсь вас понять. Мне очень нравится в Германии. И ты тоже понравился. Я бы не хотела чтобы ты решил будто я невоспитанная дурочка, позволь мне загладить свою вину и пригласить тебя на обед.
—Это совершенно лишнее, — Тилль немного смутился, он ведь и правда не учел разницу менталитетов.
Возможно, Нарина вовсе не была глупой, просто она росла в стране третьего мира, и это наложило отпечаток на её личность. Ему даже стало жаль ее. Добрая девочка, которая по наивности пытается найти управу на злодея, который в разы сильней и влиятельней ее самой.
—Если ты откажешься, значит точно обиделся, — она смотрела взглядом полным надежды и Тилль сдался.
—Я не откажусь.
—Я так рада. Давай завтра? У меня два выходных подряд, — Тилль кивнул и она счастливо улыбнулась.— Я утром приготовлю долму, медовую пахлаву. Это наши семейные деликатесы, ты наверняка такого никогда не пробовал.
—Сирийские? — уточнил Тилль, судорожно размышляя как теперь отказаться от обеда. Соглашаясь, он и не предполагал, что она собиралась приглашать его домой.
—Армянские. Мой отец жил в Сирии, но сам он армянин, — объяснил она. — До ранения папа отлично готовил, сейчас уже не может. Он почти не двигается, тут уж не до готовки. Хорошо, что он успел научить меня всем секретам.
Ее лицо погрустнело, в больших глазах блеснули слезы и Тилль понял, что не сможет сейчас сказать, что передумал и не придет завтра, это будет невежливо и слишком жестоко. Нарина взяла салфетку, аккуратно промокнула глаза.
—Мне очень жаль что твой отец болен, — сказал Тилль и умолк.
—Спасибо, — Нарина посмотрела на него долгим взглядом. — Ты хороший и очень добрый. Ты мне нравишься.
—Ты тоже добрая, — кивнул Тилль смущенно и перевел разговор на другую тему.
Они просидели в кофейне еще около часа, Нарина выпила третью чашку кофе, а Тилль все же доел свои слойки. Они договорились встретиться завтра в пять. Нарина, судя по всему, очень воодушевилась и была совершенно счастлива. Тилль не разделял ее восторгов, но уже не мог ничего с этим поделать. Он предложил подвезти ее, но Нарина отказалась, несмотря на удушающую жару, стоявшую на улице. На прощание она поцеловала его в щеку и легким шагом направилась вниз по улице. Со спины ей можно было дать не больше двадцати лет.
«Боже что я вообще делаю, зачем я согласился?» подумал Тилль.
