— Кудааааа? — я не понимала.
— Далеко, Дениз, настолько далеко, чтобы тот, кто хочет твоей смерти думал, что ты испугалась. Понимаешь? — и парень меня крепко обнял, как будто боялся, что я растаю, как снег.
— Хорошо, я согласна.
— И куда мы едем?
— В Новую Зеландию. Мне там предложили работу. Английский я знаю, и ты его тоже сможешь выучить.
— Опять бежать, — подумала я, потому что совсем не хотелось уезжать из Франции.
— А как же папа?
— Дениз, он может с нами. А нет, поймёт, он же твой отец.
После регистрации нашего брака, мы с Кириллом покинули страну, то есть Францию, отправившись за тридевять земель, за тридевять морей в незнакомой стране налаживать новую жизнь.
Я назвал своего сына, как хотел. Его звали Денисом, Дэном, как он любил себя называть. Я так и не женился, а отношения с родителями стали окончательно портиться после того, как исчезла Ната, моя невеста. Прошло много лет, как я видел её в последний раз. Родители не хотели верить в то, что их дочери больше нет, и приказали мне не являться на порог их дома, считая, что я предал их дочь, перестали считать меня своим сыном. Но я и так был им неродным. Так иногда ко мне заезжал Петька, мой старый друг и товарищ.
— А Кира где? — удивился он однажды. — Вы же были такие друганы? Разбежались что ли? Куда он делся?
— Не знаю, — ответил я резко, так как о Воронове, то ли о Лапшове вообще не хотелось говорить.
— А ты чего не женишься? — удивлялся Петька. — Что бабу, найти не можешь, так я тебе живо устрою. Подберём кралю.
— Не надо и так на душе тошно, — иногда хотелось выть и кричать от отчаянья.
— Ээээээ, как тебя жизнь побила, — подвёл итоги Петька. — Моя сеструха тебе покоя не даёт? Верно, Сашка?
— Не знаю, Петька, не знаю. Если бы не сын, давно бы удавился. Он меня и держит, ради него живу. Он и есть свет моих очей.
— Паааааа, — послышалось в коридоре. Оказалось, что Денис вернулся со школы. — Я есть хочу. Аааааа, здравствуйте, дядя Петя! — поздоровался он, увидев знакомое лицо. — Паааа, есть чего?
— Нагрей там! — ответил я ему, и пацан стал себя обслуживать, не дожидаясь меня.
Да, сын был на редкость самостоятельным. Он, как будто понимал с самого рождения, что никому не нужен в этой жизни, кроме меня. Никогда он не разочаровывал, даже, когда был маленьким.
— Хороший у тебя сынок, — оценил мальчишку Петька. — Настоящий мужик растёт. А моя Тонька одних девах рожает. Я уже папаша троих дочек. Уух.
— А что девочки тоже хорошо? — ответил я. — Тебе, Петька, хорошо. У тебя есть жена, семья. А мы с Денисом одни и больше никого нет. Понимаешь, я завидую тебе. У тебя есть понимающая Тонька? А у меня кто?
— А что старики так с тобой не помирились? — спросил Петька, ясно понимая, что бьёт по моему больному месту.
— Нет, не помирились.
— Почему? — спросил друг.
— Не могут простить Нату. Что не бросился её искать, когда она исчезла.
— Они правы, — прозвучал вердикт Петьки. — Я тоже поначалу не смог тебе, Сашка, простить сестру, а потом понял, что сын тоже важно. В то время у меня самого появилась первая дочь. Ребёнок — это счастье для отца.
— А родители приняли твоего мальца? А?
— Нет, не приняли, отказались его видеть, не признали. Я же сказал, что пока не появиться Ната перед их глазами, они даже не станут со мной разговаривать.
— Эх, — только и ответил Петька, не зная, как помочь моему горю.
— Папа, можно на улицу. Я с друзьями буду, — прервал нашу беседу Денис.
— Иди, но недолго.
— Хорошо, — ответил сын, закрыв за собой дверь.
С недавних пор мы с ним переехали в квартиру с пятью комнатами, так как особняк я продал, совсем об этом не жалея.
— А как у тебя работа? — спросил меня Петька, желая поменять тему разговора.
— Всё хорошо, — ответил я. — Фирма процветает. Она небольшая, приносит стабильный доход. Меня всё устраивает.
— А не хочешь расширяться?
— Нет, — был мой ответ. — Был бы Воронов, он был падкий на такие вещи, тот ещё авантюрист, я бы ещё подумал. А так нет.
— А я знаю, где он, — ответил мне Петька.
— И где? Ты что знаешь? — моему удивлению не было предела.
— Знаю. Общался как-то с ним в сетях. Случайно его нашёл. Он живёт, как это, такая страна, островная, где-то около Австралии.
— Новая Зеландия, — догадался я.
— Во, во. Там, — обрадовался Петька моей догадке.
— И как он там? Женился, наверно? Но он же такой однолюб, Натку любил всю жизнь.
— Да нууууу? — удивился Петька. — Откуда знаешь?
— Он сам когда-то сказал мне лично.
— Вот это даааааа? — удивился брательник. — А я и не знал. Похоже, что моя сестрица многим вскружила голову.
— А то. Ты забыл, что она была фотомоделью?
— Помню, Сашка, помню. Только она зараза тебя Волонский всю жизнь любила, а ты так с ней обошёлся. Эээээх. Теперь её и на свете нет. А так давно бы нашлась.
- И как там Кира? Ты, Петька, не закончил, — мне хотелось знать, как поживает мой бывший друг.
— У него всё отлично. Женился. Жена — француженка. Как зовут, не знаю. Не спрашивал. Вроде, дочь имеется.
— Вот оно как? — я был рад за Киру. Всё-таки он нашёл в себе силы перебороть себя и найти свою истинную любовь.
