— Что мы стоим? — прервала общее молчание Надюха. — Кирилл, обратилась она к хозяину дома. — Нам всем вместе нужно поговорить. Вы нас с Сашкой так и будете держать на пороге? Кирилл, ты, что забыл наши традиции гостеприимства?
— Проходите, пожалуйста, — проговорила жена бывшего друга. — Мы рады гостям, если они к нам с добром.
— Мы прошли в большой коридор, затем хозяева провели нас в большую гостиную, где было достаточно просторно и уютно. Жена Кирилла отправилась приготовить угощение и кофе, которое достаточно быстро было подано на стол.
— Чем богаты, — проговорил Кирилл, указывая на маленькие чашечки кофе. — Угощайтесь, — его жена устроилась с ним рядом, смотря на меня с враждебным взглядом. Девочку родители отправили в другую комнату, дав ей негласно понять, что не стоит ей мешать разговору взрослых.
— Я, конечно, рад видеть тебя, Надежда, — обратился Кира к ведьме. — Но Сашку не скажу, что да. Он вчера успел напугать мою жену и дочь. Сами видели, как мой ребёнок боится теперь Сашку. Не понимаю, о чём нам с Дениз с Вами говорить. Может, Надя, ты объяснишь. Мы ещё не отошли от перелёта. Если опять так будет напугана моя дочь, наша семья будет вынуждена снова уехать.
Я боялся сказать лишнее слово, так как теперь не понимал, зачем мы с Надюхой пришли в дом Кирилла. Мозг пытался понять всю сложившуюся ситуацию, но ничего не получалось.
— Сашка, — обратился ко мне Надежда. — Ты давно видел своих родителей? Я, конечно, понимаю, что настоящие у тебя погибли, но те, что дали тебе семейное тепло, ты их давно видел?
Все посмотрели на меня, ожидая, что я отвечу. Только сама ведьма понимала суть задаваемых ею мне вопросов. Ни Кирилл, ни тем более его жена ничего не понимали, в их глазах читался знак вопроса, и они оба ожидали разъяснений.
— Давно, — мне было стыдно и горько в этом признаться. — Я их не видел с тех пор, как исчезла Натка. Мать не простила меня, по сути прокляла, заявив, что не станет со мной разговаривать, если не найдётся её дочь. Она никогда не верила в то, что Натка погибла. Меня она назвала предателем и не захотела со мной общаться. Отказалась видеть внука, назвала его сыном проститутки, которая тоже виновата в исчезновении её дочери.
— С кем — то из родителей ты поддерживал отношения, общался? — продолжала допытывать меня ведьма.
— С отцом. Но в последнее время он перестал мне звонить, Я решил, что он тоже не хочет со мной разговаривать. Я смирился с этим. Надя, к чему ты клонишь? — я начинал терять терпение. — Я уже сполна заплатил за то, что сделал. Да, я виноват. Но все эти годы я казню себя. Я виноват.
— Сашка, ты хочешь помириться с матерью? — задала мне следующий вопрос ведьма.
— Да, да, да, хочу. Но как? Я не знаю. Для этого нужно с того света возвращать Нату. А я не Бог и не волшебник. Я человек.
— Что нужно для этого сделать? — влез в наш разговор с ведьмой Кирилл. — Надя, скажи.
Колдунья повернулась в его сторону, усмехнулась и проговорила замогильным голосом, озирая своим взглядом всё вокруг.
— Ничего сложного, мы все вместе едем к тёте Марине в гости.
— Я и Дениз тоже? — спросил Кира.
— Да! — ответила колдунья. — И дочку с собой прихватите.
— Через час вся наша ватага выстроилась перед заветной дверью квартиры родителей, которую я не открывал уже несколько лет.
— Кто там? — послышался старческий женский голос. — Иду, иду.
Так получилось, что впереди всех встали я и жена Кирилла, а также её дочь. Она старалась держаться подальше от меня, не совсем понимая, зачем она сюда пришла. Девочка озиралась вокруг, крепко держа за руку мать. Дверь квартиры моих родителей медленно открылась и на пороге встала мать, которая сильно постарела за несколько лет, превратившись в сгорбленную старушку с седыми волосами на голове и глубокими морщинами на лице. Вначале была минутная тишина. Старая женщина вначале увидела меня и уже хотела наслать новых проклятий в мой адрес, но её голос сразу осёкся, как только она увидела маленькую девочку и её мать.
— Боже, я столько молила небо, чтобы оно вернуло мне моего ребёнка. Бог, ты услышал мои молитвы. Натка, — бросилась старая женщина непонятно к кому — то ли к девочке или к её матери.
— Мама, это не она, — хотел я остановить родительницу. Это не Ната, это просто ребёнок, похожий на неё. Но оказалось, что мама обращалась не к девочке, а к жене Кирилла.
— Ната, это ты. Родная мать всегда признает своего ребёнка. Ната, дочка, ты вернулась.
Руки старушки застыли в немом укоре и были обращены в сторону жены Кирилла. Никто ничего не понимал, а больше всех я.
Жена Кирилла вначале стояла в недоумении, не понимая, что происходит. Молодая женщина схватилась руками за голову, крича от боли. Затем в её глазах возникло недоумение, затем понимание.
— Мама, это тыыыыыыыы? — тихо произнесла Дениз. — Мама! Как я здесь оказалась? Кто все эти люди? Мама, что происходит?
— Не может быть! — кричала моя душа. — Вот оно, как бывает, — твердило сердце.
— Свершилось, — с облегчением произнесла Надюха. — Я всегда знала, что рано или поздно Ната найдётся.
