- Розен случился. Не поверишь, у него был с собой свернутый портал.
- Сюда или отсюда?
- Сюда.
- И теперь сюда прут его люди? О боги... где он его развернул?
- На наше счастье — прямо в холле. Место открытое, из любого коридора отличненько можно вести огонь. Но — три жертвы со стороны наших при открытии, плюс закрыть не можем, он продолжает пропускать по десять человек в минуту, и не всех просто уложить. И после первых трех партий несколько прорвались в боковые коридоры, ловят пока. И Розена тоже ловят.
Вот отлично, просто отлично. Ждать ли нам его в гости с пистолетом наперевес? Думаю, да, ждать.
- Но его же должны были обыскать!
- Обыскали, ага. Только портал магией не фонил вообще, антимагический камень же работал, или что там это было. Потом перестал. Наши сидели с ним лясы точили, наверное, с час. Прямо вот там, в холле. А потом как жахнуло!
- Кто из наших пострадал?
- Во-первых, ректор. Во-вторых, его частично прикрыла деканша, так что Грозовские оба живы, но как бойцы пока что всё. В-третьих, девчонка какая-то из менталистов, я ее не знаю, взяли, кто под руку подвернулся, от Розеновых атак защищать. Вот насчет нее я точно не уверен, она, возможно, совсем всё.
Я ощутимо бьюсь затылком об стену, это немного отрезвляет. Ну как, Глена, ты думала, что все закончилось, осталось только вылечить Дана и провести какие-нибудь там переговоры, или как это обычно делается, да?
А вот и не угадала.
Моя любовь оказалась ненастоящей. С самого начала, с первого порыва пойти и проверить, как там дела у Джанны, которая так плохо выглядела, с простого человеческого желания ей помочь, с поступка, который мне даже и признаком влюбленности не казался, а так, просто проявлением сочувствия, все было ненастоящим. Я влюбилась в Джанну просто потому что она этого захотела. А она знала об этом с самого начала — и принимала это, допускала, да что там, она это начала. И ее до недавнего времени ничего, видимо, не смущало.
Все было ненастоящим, она просто украла те чувства, которые я испытывала раньше к Дану, и обратила их на себя. И кстати, не так уж сильны оказались эти чувства, ведь если бы меня Варя не ткнула в происходящее прямо носом, то я бы так ничего и не поняла... Не поняла, что именно тянет меня к Джанне, чего я хочу. Да и хотела ли я — даже тогда, даже лежа с ней в одной постели? Я уже не знала. Я теперь ничего не знала, не могла верить собственным чувствам и тому, что я о них помнила.
Я искала тот поворотный момент, тот щелчок, после которого все изменилось и закрутилось в другую сторону — и не могла найти. Все было как будто бы естественно. Меня не корежило, не ломало, ничего не происходило неожиданно и вдруг. Как будто это все были мои решения, мои мысли и чувства. Я искала, вспоминала — и не находила в них никакой фальши или странности. Но это значило только одно: больше я не могу доверять самой себе, возможно, никогда. Я была обманута. А раз меня можно обмануть, значит, я именно та доверчивая дурочка, которой никогда себя не считала. Как я тогда взъелась на маму, стоило ей предположить, что Джанна меня провела!
А мама была права.
И Варя была права.
И я потеряла семью только из-за того, что недостаточно им доверяла. Возомнила, что лучше знаю Джанну, разбираюсь в чувствах, нашла свою судьбу и настоящую любовь, а мамой, конечно, движет только неприятие таких отношений... фобия, шовинизм, материнская ревность и самодурство. А мама просто была права. Но я не то что не задумалась над ее словами и не прислушалась, я вообще пропустила всё мимо ушей — сама себе главный враг. И ничего назад не отыграть.
Я потеряла связь с семьей из-за Джанны, и теперь эта потеря стала огромной, куда больше, чем день, неделю, месяц назад. Потому что раньше я утешалась своей новой, такой уютной жизнью со своей любимой, а теперь Джанна больше не годилась для того, чтобы заткнуть эту дыру. Джанна была ненастоящей. Не было у меня никакой Джанны. Я вспомнила походя устроенную ей лекцию о том, что чувства, вызванные приворотным зельем, - настоящие. Ну что же, мои чувства, может быть, и были такими. А вот наши — нет. Наши чувства были фальшивкой, потому что пока я очаровывалась Джанной, она просто наблюдала за действием зелья.
И что хуже всего, избавиться от этих чувств тоже будет непросто. Они ведь — мать их — настоящие. Я теперь действительно влюблена в Джанну Грин. И пусть мне в страшном сне не могло присниться, что эта спокойная, рассудительная, умная девушка может опоить кого-нибудь приворотным, пусть зазор между образом, который я любила, и настоящей Джанной оказался так велик, этого не хватило, чтобы я остыла. Хватило только на постоянное мучительное ощущение, будто мою любовь изваляли в грязи. Ну ведь она же не такая!.. Но нет, на самом деле - именно такая. И я все равно ее люблю? Кто я сама-то тогда?
Я ходила по квартире, собирала ее вещи, и каждый предмет был как удар то ли по сердцу, то ли по голове.
