— Зачем? — она даже не смотрела на подругу, торопливо вынимая стреттер и проверяя количество оставшихся зарядов. Индикатор показал загруженность лишь до половины. Не разгуляешься…
— Но ведь темно, — растеряно прошептала девушка.
Эшора обернулась к ней и оценивающе посмотрела. Говорить на эту тему больше не было смысла. Выбрав в качестве укрытия единственно уцелевшую стену-перекрытие, она приказала Кэрл не высовываться и приготовилась ждать.
Эншары висели высоко и ярко освещали своим желтым сиянием разрушенный отсек, словно призывали дроптэнов.
И дропы не замедлили прийти.
Лиалин бежал по коридору к медцентру, оставив Даро одного прикрывать шлюзовой проход. Дроптэны с помощью Варкулы пробили обшивку браже и прорвались внутрь. Надеяться на сайрийца одиночку было уже нельзя, он наверняка покинул поле боя, когда стало припекать. Хотя и то, что он сделал было уже неоценимо. Защитное поле «Сивера» уже давно погасло, и браже защищал только купол Хранителя. Однако Варкула при целенаправленности атак умело пробивал и его. Так случилось с нижней частью «Сивера», так произошло теперь и с медцентром.
Первые два дроптэна, что встретились ему, были просто сожжены светичами. Лин даже не остановился, чтоб вступить сними в бой. Там, впереди, среди черных гребней полуящеров он видел рыжую голову Соуна и русые кудри Фесты. Собрав силу в ладонях, Хранитель всем, что в нем осталось, ударил по монстрам. Волна белого пламени хлынула в глубину коридоров, превращая все на своем пути в один жуткий пожар и оставляя за собой лишь пепел, тихо кружащийся в воздухе, подобно снегу.
И стало тихо. Первым подала признаки жизни Кита. Кашляя и отряхивая с волос серый пепел, девушка поднялась с пола и поспешила к Фесте. Лиалин тем временем помог встать на ноги Соуну, знаком попросив молчать, он прошел в зал реанимации. Чье-то тихое поскуливание привело его к постели Аяса. На полу бледный с оцарапанной шеей весь покрытый пеплом сидел Шиэл, а под его коленом опаленными конечностями беспомощно скреб по полу еще живой дроптэн. Увидев Хранителя, дроп замер.
— Шиэл! — полный радости вздох сорвался с губ рося. Он бережно уложил эскида обратно на кровать и позвал Фесту.
За спиной послышалось шуршание. Хранитель обернулся и увидел ползущего к пролому в стене раненого дропа. Не говоря ни слова, он схватил его за шкварник и выволок наружу.
— Каундарук!
Лиалин стоял нечем не защищенный, но нападать на него не спешили.
— Каундарук!
Войско расступилось и огромный черный дроптэн с красным гребнем выступил вперед. Вышвырнув дропа из браже, Хранитель обратился к Правителю Каранту:
— Такова сила твоего слова, Правитель?
Недовольное рычание Каундарука было ему именно тем ответом, которого он ждал.
— Отведи своих воинов обратно в Диахриар! Оставь нас! И я прощу тебя за нарушенную клятву!
Взмахом руки приказав расступиться, Варкула приблизился к Каундаруку. Ночной ветер развевал черный плащ, и от этого в свете звезд силуэт сайрийца казался ужасающе зловещим.
— В чем заминка, Каундарук? — Варкула был раздражен настолько, что забыл обо всякой осторожности. — Мне казалось, я предложил достаточную цену, чтоб ты забыл о чести.
Правитель дроптэнов вздрогнул как о пощечины. Это была ошибка, и Варкула осознал ее, но слишком поздно. Желтые холодные глаза с вертикальными зрачками с ненавистью уставились на него.
— Ты купил не нашу честь, а нашу силу. Честь дроптэна купить невозможно. Я многим обязан Хранителю, — и, умолкнув на мгновенье, закончил: — Хватит. Во имя твоих идей погибло много моих воинов. Мы возвращаемся.
У Варкулы от бешенства глаза заволокло кровавой пеленой:
— Каундарук! Ты болван! Ты слишком далеко зашел! О чем бы ни была твоя клятва Хранителю, ты её нарушил давно. Роси и ки'коны теперь навечно враги дроптэнов. Уйдешь, и Сайрийя станет твоим ночным кошмаром!
Верховный дроптэн окинул тяжелым взглядом сайрийца и отдал своему помощнику приказ отводить войска.
— Мы выполнили обязательства перед тобой. И рось и ки'кон на моей планете. Дальше сам.
Варкула не мог унять дрожь, что сотрясала его тело. Дрожь гнева и бессилия. Он не мог упустить их сейчас, когда цель так близка. Не мог! Средства оправдывают цель! И раскинув руки, Варкула призвал всю мощь своих собратьев.
Лиалин видел, как Каундарук сел в свою кибитку, и глубоко вздохнул. Над полем рога трубили об отступлении. За спиной послышались легкие шаги. Хранитель оглянулся и улыбнулся Фесте, несущей в палату стакан с водой. Девушка улыбнулась в ответ.
— Показатели Аяса стабилизировались, — выглянув из-за его плеча, недоверчиво и тихо спросила:- Думаешь, они, правда, отступят?
Лиалин отступил вглубь коридора, далекий едва слышный гул давил на уши:
— Уже отступают. Больше они нас не тронут. Ты иди к ребятам, а я спущусь к Райтору. Надо убираться отсюда…
Странный неприятный гул, доносившийся снаружи, усилился. И вместе с ним усиливалась головная боль. Феста выронила стакан и зажала руками голову, пытаясь унять звон, разрывавший мозг. Лиалин схватился за выступ в стене, ноги подкашивались. В глазах мутнело.
— Лин, пожалуйста, пусть прекратят!