— Первая категория. Поддержание репутации: продемонстрировать свою необузданность, доказать, что они не продались, не купились, не размякли. Продемонстрировать, что они не слезливые фолксингеры, не дегенераты из джаза, не ископаемые с эстрады. Они — рокеры, чувак, настоящие бочки с порохом! Вторая категория: шоу-бизнес, зрелище и искусство отвлечения. Разбить гитару в конце шоу — все равно что взорвать шутиху. Гранд-финал. В смысле — разве какой-нибудь придурок грохнет гитару на первом аккорде? Заодно можно и технические проблемы прикрыть. Вроде как в кино — если сюжет застревает, устраивают взрыв. Или как детективщики используют ложные улики и неожиданную развязку. Когда музыкант играет вживую, он грохает гитару, если нужно отвлечь публику. Третья категория: ритуалы трансформации и традиционное проявление иерархического статуса: Хендрикс сломал гитару, Пейдж115 сломал, Курт Ко-бейн116 и Хидэто Маиумото117 не отстали. Если ты этого не сделаешь, что-то с тобой не так. Акт разбиения гитары — это инициация, вандализм как ритуал взросления. Переход на другой уровень. Иерархический обряд. Доказательство статуса. Ученые обнаружили заметное сходство в поведении приматов. Похожее поведение во время спаривания. Дикие шимпанзе ломают палки о деревья в джунглях. Вы еще следите за мыслью?… Четвертая категория. Бессильная ярость и признание ограниченных возможностей рока. Рок-звезда впадает в истерику. Гнев на фанатов, товарищей по группе, охранников, менеджеров, звукорежиссера или — внимание! — на собственную неспособность музыкой выразить глубину своих чувств. Все к черту, душа сотрясена. Эмоции захлестывают, музыкального словаря не хватает, переходим к откровенному насилию. Ослепительный момент полной на хрен деструкции.
Суда отчаянно томился и бросал на оратора мученические взгляды, но тот не унимался. Он в буквальном смысле решил переговорить оркестр. Вытаращив глаза, одной рукой он рубил другую, словно изображая акт разбиения гитары.
— Пятая категория: уничтожение экзистенциального кумира и брехтианские аспекты динамики артист/аудитория. Проблемы рока в нашем пост-пост-всего мире порождают в музыканте некоторое презрение к индустриальному конвейеру. Понимаете, о чем я? Рокер начинает воспринимать ребят не как фанатов, а как потребителей, как часть того самого механизма, которым он сам определен и ограничен. Соответственно, в звезде развивается сложная любовь-ненависть-любовь к этим вопящим голосам во тьме, к тем, кто сделал его тем, что он есть, и тем, что он не есть. Взлеты сменяются падениями: поначалу отчуждение превращает его в мятежника, мятеж делает знаменитым, слава усиливает отчуждение. И что тогда? Как восставать против системы, когда ты сам — миллионер? Слушайте внимательно: тогда музыкант разыгрывает последнюю карту, он пытается символически разрушить цикл превращений, разорвать круг высасывающего душу симбиоза, сойти с престола, с которого невозможно сойти. Разбивая гитару, музыкант возвещает: «Я — не Господь, поняли? Я — такой же засранец, как все, и гитара — неодушевленный предмет, недостойный поклонения». К черту фетишизм! Он разрушает чары, срывает завесу и показывает нам человека, который дергает за веревочки, вы поняли, о чем я?
— Хватит! — сказал Суда, но было поздно.
— Вот что такое на самом деле рок-музыка, ясно? Снести нафиг стены. Но, как ни парадоксально, даже акты мятежа в рок-музыке со временем кодифицируются, и подлинный акт мятежа становится все труднее определить и совершить. Я тут составил список исторических прецедентов и правил этикета в области разбивания гитары.
Суда воздел палец. Через весь зал Аки и Маки, стоявшие у железной лестницы, ответили ему кивком. Аки начал продвигаться к нам.
— Первое правило: никто не разбивает старинные гитары. Даже полые редко идут в дело. Акустические? Ни за что. Разве что на сцене будет настоящая драка. И вот что учтите: мои исследования показывают, что на первом месте среди разбитых гитар идут «Фендер Стратокастеры», вплотную за ними — «Лес Пол». Это ведь самые популярные гитары, так что оно естественно. И еще: гитаристы, которые разбивают инструменты не на сцене, а в студии или во время репетиции, как правило, имеют серьезные психологические проблемы. Статистика свидетельствует, что их средняя продолжительность жизни короче, нежели у их коллег, разбивающих гитары только на сцене. Вот почему я хотел узнать, бил ли когда-нибудь Еси…
Аки возник у него за спиной. Писака перехватил мой взгляд на Аки. Первое, на что он обратил внимание за последние десять минут.
— Что не так? — встревожился он.
— Ты, — решительно ответил Суда.
