Вздохнув, Кэм протягивает руки и, обняв меня за талию, тянет к себе. Не могу сдержать глупый смех, пока он сажает меня на свои колени, я задеваю руль и благодарю бога за то, что двигатель выключен, иначе сработал бы гудок, и я бы создала много ненужного шума.
Когда я оказываюсь так близко к Кэму, становится не до смеха. Протянув руку, он убирает пальцами прядь волос, упавшую на мои глаза, и в этот момент я понимаю, что готова простить ему абсолютно все. Боже, я такая жалкая.
– Тебе нужно увидеться с ним. Ты жила одной мыслью все эти годы, Энди, но пришло время столкнуться с реальностью и либо впустить отца в свою жизнь, либо окончательно отпустить его.
– Мне страшно, – признаюсь я, опуская пальцы на воротник его джинсовой куртки.
– Тебе не обязательно видеться с ним прямо сейчас. Сделаешь это, когда будешь готова, а я обещаю, что буду рядом.
– Будешь рядом, – опустив ладонь на его щеку, провожу кончиком пальца вдоль скулы, – если только тебя не заберут копы.
Кэм вскидывает брови, его удивляет мой сарказм. Хотя сейчас я больше создаю видимость иронии, ведь я абсолютно серьезна, потому что боюсь за него.
– Мне нужно, чтобы ты пообещал кое-что. Как только срок вашей с Феликсом сделки подойдет к концу, ты завяжешь. Пообещай мне это, Кэм.
Кажется, я еще никогда не видела его таким серьезным, как сейчас. Кэмерон уверенно кивает, и я с облегчением выдыхаю. Наконец-то мне становится спокойнее.
В кафетерии как всегда полно народу, все обсуждают сплетни и прошедшие вечеринки. Беру поднос со стойки раздачи и, расплатившись, направляюсь к столику, за которым мы обычно собираемся с друзьями. Сегодня он пуст, и это наводит на меня тоску.
Вдруг слышу смех Нейта и поворачиваю голову: он сидит за столом футболистов. На другой стороне кафетерия примостились Джин и Холли, скорее всего, обсуждающие бурную сексуальную жизнь веганов. Во мне просыпается обида. Да, я знаю, что для нас больше невозможно собираться вместе за одним столом, но от этого не легче. Настроение ужасное, как и безвкусный салат в моей тарелке.
– Что с лицом, Уолш? – сев напротив, Гарри ворует мой фруктовый чай в бумажном стаканчике. – Кто-то умер?
– Мое хорошее настроение.
– Только посмотри на это, – он указывает на Нейта и Джин в разных концах столовой. – Нам изменяют.
– Я удивлена, что мы вообще продолжаем здороваться друг с другом. Скажи честно, – подпираю подбородок кулаком с зажатой в нем вилкой, – ты подсел сюда из жалости, да?
– Я подсел сюда, потому что ты мой друг. Ты не берешь трубку, отвечаешь односложными сообщениями, и если теперь пообщаться с тобой я могу только здесь, то я буду приходить сюда каждый день и давиться этим паршивым чаем.
– Это мой паршивый чай, – бормочу я, отбирая у него стакан.
Будто ощущая на себе пристальный взгляд, поворачиваю голову и правда вижу, что Джин осуждающе смотрит на меня через всю столовую: ей не нравится, что Гарри сидит рядом со мной. За последние дни она придумала десятки поводов, чтобы не видеться со мной. А я больше не хочу бегать за ней в попытках поговорить. Дружба должна быть взаимной.
– Как все прошло с Кэмом?
– Мы все обсудили.
Гарри в нетерпении ерзает, ожидая продолжения.
– Я не рассказала ему откуда узнала, если ты об этом.
– Это волнует меня меньше всего на свете, я спрашивал о другом.
– Остальное уже не твое дело, Гарри. Но я хотела спросить, откуда ты вообще знаешь о делах Кэмерона?
– Наши родители давно дружат. Мать Кэма перепугалась, когда его забрали в участок и позвонила моей, чтобы выговориться. Зря миссис Райт это сделала, потому что моя мама – настоящая сплетница, так что через пару часов эту новость знали уже все знакомые. Отцы Кэми и Зейна тогда спустили много денег, чтобы замять дело как можно быстрее.
– А ты знаешь что-нибудь о Феликсе?
– Пару раз видел его, он приходил с Кэмом и Зейном на вечеринку. Он выглядит вполне дружелюбно, так сразу и не скажешь, что он наворовал денег больше, чем Джастин Бибер заработал за всю свою жизнь.
– И насколько он опасен?
– Я спал с девчонкой, которая раньше встречалась с одним из банды Фела, она рассказывала о нем жуткие вещи. Постоянные разборки между бандами, дележка денег и территорий. Тебе лучше держаться подальше от всего этого, Уолш.
Положив локти на стол, Гарри подается ближе.
– Мы можем перестать говорить о Кэме и его друзьях? Потому что мне нужно услышать, что ты в порядке.
Неуверенно кивнув, отодвигаю от себя поднос и поднимаюсь.
– Так и есть.
Тема лекции по современному искусству, кажется, очень интересная, но я слушаю ее вполуха, потому что не могу перестать смотреть на сообщение от Келси с номером отца. Я уже выучила его наизусть. Пару раз я почти набрала номер, но в последний момент откладывала телефон.
