Даже несмотря на глубокую по местным меркам ночь, полицейский участок был ярко освещен. Честно говоря, он был больше похож на новенький бизнес-центр класса А с большими панорамными стеклами, красивой мебелью, учтивым персоналом и дизайном от известного ливанского архитектора. Все, что связывало это новенькое здание с борьбой с преступностью, – несколько полицейских автомобилей и пара сержантов в песочно-коричневой форме на входе. Да, и большой бетонный забор по периметру, конечно…
Дубай работал на публику. И его полиция – тоже, закупая дорогие авто и оплачивая дизайн одежды и офисов известным мастерам своего дела.
Но игра на публику не мешала полиции выполнять свои прямые обязанности. И, несмотря на красивую картинку, делать это хорошо…
Даже в этот час камеры участка были полны. В коридорах и кабинетах сновали люди – сотрудники и посетители. Их было немало. Более того, кроме младшего и среднего полицейского состава, в коридорах и залах центрального управления мелькали форма и наряды старших офицеров и чиновников из министерства. А для искушенных наблюдателей отдельным событием могло послужить присутствие в этот час в управлении нескольких арабов в европейских костюмах – сотрудников спецслужб и переводчиков.
Обстановка этой ночью на втором этаже полицейского управления была нервной. И ощущалось это во всем.
Предчувствие угрозы и опасности происходящего распространялось на все помещения полицейского участка. Даже на его паркинг. Десятки совершенно разных автомобилей, в основном экстра-класса, заполонили подземный уровень и пространство во внутреннем дворе главного корпуса. Водители и охрана выхаживали вокруг уже который час, мучаясь от безделья и полного отсутствия информации. Скупые слова начальства звучали очень странно…
Видимо, в этот душный вечер людей подняли и не отпускали домой из-за специальной операции, которая поставила на ноги всю полицию эмирата. О ней уже несколько часов говорили все новости здесь и за рубежом. Два десятка голых девиц, вылезших на балкон отеля «Даймонд». Сучки, надо было оставаться внутри… И лучше бы все решили по-тихому, без привлечения прессы…
А странным во всем этом было то, что большая часть дорогих машин в паркинге полиции принадлежала не полиции, а спецслужбам и службе охраны эмира.
Кумай Аль-Сафир, лейтенант полиции и дежурный ночной смены, был на грани срыва. Такой ночки в его работе давно… нет – никогда не было.
Всего восемь полицейских и офицеров в его смене и почти пятьдесят человек в камерах, из которых целых шестнадцать красивейших славянских девиц. Хорошо, что расстояние между мужской и женской камерами достаточное для того, чтобы никто не дотянулся друг до друга. Иначе длиннорукие африканцы, задержанные за пьяную драку, точно бы вцепились в этих блондинистых красавиц.
– Лейтенант! – уверенный голос мужчины в традиционном белом одеянии и с аккуратно уложенной куфией на голове требовал к себе повышенного внимания.
Офицер вскочил не задумываясь. Он знал, что попасть в его зону мог только человек, у которого есть пропуск для прохода везде.
– Да, мой господин!
– Полковник Аль-Дузейр, охрана эмира.
На этих словах лейтенант чуть вспотел. Охрана эмира – самая опасная структура в стране. Причем не только для врагов…
– …нам нужна девушка из отеля «Даймонд», на которую укажет этот человек.
Крепкий мужчина в темной, но неофициальной форме охранника семьи эмира вывел из-за спины и подтолкнул вперед малайца-уборщика, который делал фотографии на балконе.
– …и у нас нет времени! – Полковник, видимо, любил раздражаться, если все вокруг не начинали бегать при одном только звуке его голоса.
Кумай почти бежал по коридору. Ему в спину дышал охранник, тащивший за собой испуганного до полусмерти уборщика.
Настя полулежала на скамье в самом углу железной клетки. Казалось, девушка была абсолютно расслаблена и даже спала. Однако это было далеко не так. Ее совсем закрытые глаза были… не совсем закрыты. В узкую щелочку она смотрела на происходившее вокруг.
Двое конвоиров подошли к решетчатой мужской камере напротив и забрали оттуда худого и страшного доминиканца с грязными сальными дредами. Экзотичный задержанный был явно под воздействием каких-то препаратов и пытался петь, уворачиваясь от сноровистых конвоиров. Это продолжалось недолго – пока чуть заметное движение и легкий удар электрошокера не привели доминиканца в чувство и не отрезвили некоторых других обитателей камеры.
Настя слышала, что происходит вокруг, как в плохом старом кинотеатре. Голоса звучали глухо, но объемно.
Девушки в камере перешептывались и беззлобно переругивались, пытаясь изредка привлечь к себе внимание полицейских.
– Сколько нас держать еще будут? – Приникшая к решетке Моника знала по-арабски, учила язык специально для восточных туров.
– Заткнись! – тащивший доминиканца сержант отшил красотку.
– Урод! – Моника беззлобно отошла вглубь камеры и присела рядом с нервной Данусей. – Где Джонни, а? Куда делся этот черный хрен?
