«Французская фэнтези» — словосочетание, само по себе кажущееся парадоксальным. Французы, как никто более, привязаны к традиции классической НФ. Конечно, во Франции жанр фэнтези сегодня весьма популярен, но представлен он в основном переводной продукцией. Назвать же с ходу заметного фэнтезийщика-француза вряд ли получится даже у специалиста по франкоязычной литературе. И тем не менее рецензируемая книга демонстрирует, что потомкам Жюля Верна вполне по силам завоевать фэнтезийный рынок. Однако роман Колена — не типичный представитель жанра. «По вашему желанию» — фэнтези юмористическая, пересмешническая.
Впрочем, пародийность, едкая издевка над соседями через Ла-Манш и их культурой у Колена не отличается особой оригинальностью, хотя ему не откажешь в литературном мастерстве. Колен, во-первых, едко высмеял приемы классической и городской фэнтези, а также и альтернативной истории англо-американского производства; во-вторых, разместил действие в викторианском Лондоне. Точнее, в асторианском Ньюдоне.
Все классические атрибуты жанра Коленом использованы по полной программе: есть в книге мрачноватый романтический город, населенный нереальными персонажами; есть могучая телом королева Астория, в которую по ходу действия вселяется сам дьявол; есть (куда же без тайных обществ!) Всеведущая Федерация Освобождения Возможностей Ирреальности, члены которой, именуя себя театраломанами, устраивают тайные мистерии и поклоняются Великому Кукловоду. С последним, изображенным проказником-мальчишкой под маской свиньи, автор кокетливо отождествляет самого себя.
Список аллюзий, намеков, цитат в романе весьма обширен. Но грешно требовать, чтобы читатель штудировал английскую литературу, а затем тщательно исследовал текст. Да это и не обязательно. Главное, что роман получился действительно смешным и захватывающим.
Сергей Алексеев
Эта книга Владимира Дмитриевича Михайлова появилась ровно через тридцать лет (практически день в день) после выхода его романа «Сторож брату моему». Но в данном контексте нас привлекает не магия дат и даже не факт юбилея серии о капитане Ульдемире, в которую оба романа входят, соответственно, пятым и первым, а тот момент, что и «Сторож…», и «…Десять» близки друг другу не только по духу, но и по теме. Фактически, писатель оглядывается на последние годы развития нашей страны и делится с читателями неутешительными выводами.
Вообще творчество Владимира Михайлова неотделимо от истории нашей родины: сначала Советского Союза, затем России. Его первые романтические рассказы об освоении космоса вполне соответствовали царившей тогда атмосфере. Но со временем состояние легкой эйфории переродилось в болезненное пребывание в сюрреалистической действительности, полностью оторванной от той, в которой надлежит существовать. Впервые подобные ощущения — которые и привели к замыслу «Сторожа» — возникли в 1968 году, когда советские танки вошли в Прагу. Вторично — когда необходимые по своей сути экономические реформы в России приняли абсурдный характер и породили серьезную социальную несправедливость. Через тридцать лет круг замкнулся «…Десятью».
В своих мини-мемуарах «Хождение сквозь эры», опубликованных в журнале «Если» (№ 7–8, 2000), Михайлов пишет о «Стороже…»: «Если общество велико и могуче, это еще не дает ему права навязывать свои понятия о жизни другому обществу, пусть даже не столь многочисленному и хуже вооруженному. Эта мысль наложилась на уже существующий замысел — написать о космическом экипаже, составленном из представителей разных эпох». Экипаж этот (наши соотечественники: шестидесятник Ульдемир и живший лет за триста до него монах, летчик Люфтваффе, индеец доколумбовой Америки, спартанец, защищавший Фермопилы и даже прачеловек) лишь на первый взгляд кажется эклектичным. Писатель явственно дает понять сильным мира: если уж такие различные люди смогли ради достижения совместной цели найти общий язык, то вам, господа, сам Бог велел быть толерантнее и дальновиднее.
И вот здесь мы вплотную подходим к самому главному, что выделяет новый роман В.Михайлова в ряду современной фантастической прозы.
