— Что значит тоже? — удивился Сашка. — Мать ничего. К нам тетка приехала. Умудрилась ляпнуть за столом, что нельзя всему верить, что по ящику показывают, так отец как с цепи сорвался, ружьем грозит, тетку за порог гонит, а у той поезд только завтра. Мать уже твоей бегала звонила, чтобы тетка у вас переночевала, а то отца, похоже, здорово переклинило. Блин, а с волосами у тебя что? — Сашка только сейчас обратил внимание на лохматую Машкину голову.
— Тоже… переклинило, — нехотя ответила она, пощипывая пальцами конец длинной пряди. — Вот, думала, позвоню от вас в «скорую». Не всякий день мама киборгов гоняет. Но у вас, вижу, та же картина.
Сашка сунул руку за штору, пошарил на подоконнике, протянул Марусе начатую пачку сигарет. Она покачала головой, отказываясь.
— Хорошая девочка, — похвалил насмешливо Сашка. — Такая хорошая, что как бы и в самом деле не робот.
Маруся вздрогнула. Сашка посмотрел на нее с удивлением и испугом и улыбаться перестал.
Видя, как он ежится от холода, Маруся сняла ветровку и набросила ему на плечи. Летько скептически осмотрел одежку, выискивая стразы или вышивку, признал куртку годной и продел руки в рукава, которые оказались ему жутко коротки.
Внизу, в гаражах, роились какие-то тени. Завернувшая во двор «лада» мазнула фарами по череде гаражей, высветив несколько темных фигур и свежую надпись на облупившейся краске: «Всех роботов — в Сколково! Убирайтесь вон!».
— Биоробот! Железяка! Робомозгий! — раздались из-за гаражей резкие мальчишеские голоса. В лобовое стекло машины полетела бутылка.
— Вам нельзя здесь парковаться, — словно не замечая выкриков, обратился к водителю «лады» куривший у подъезда мужчина. — Здесь места только для людей. У вас есть документы, что вы человек?
— Да что за бред вы городите, Иван Маркович? Где же мне парковаться, если я тут живу? Сколько лет рядом машины ставим, а тут нате. С чего вы взяли, что я не человек? — возмутился хозяин изуродованной «лады».
— Уж знаю. Всегда я к вам присматривался, была в вас этакая червоточина. А оказалось, вон оно как, биороботы, — проговорил мужчина обиженно-назидательно. — И как только не стыдно вам?
— Да с чего это должно мне быть стыдно? — рассвирепел хозяин «лады», пытаясь пройти к своему подъезду, но его внезапный обвинитель тотчас поднял жуткий вой, из которого следовало, что «проклятый киборг» пытается его покалечить, может быть даже убить и никто не спешит на защиту человека.
В нижнем этаже зашевелились занавески, в открытые окна летела брань. Вырвавшись от бдительного соседа, несчастный владелец «лады» рванул к своему подъезду, бросив машину на произвол судьбы и народного гнева. Ее крушили самозабвенно и долго, с проклятьями и обещаниями.
Сашка докурил сигарету, вытряхнул из пачки вторую, но не зажег, вертел в пальцах. Из-за шторы слышно было, как Григорий Летько грозится пристрелить своячницу.
— Значит, к тебе нельзя, — задумчиво проговорил Сашка. — И у меня пес знает, что творится. Давай я тебя к бабке отведу? Она вроде нормальная. Точнее, ненормальная. В маразме давно, меня с отцом вечно путает, не помнит ни фига. Зато маразм к маразму не липнет. Точно не будет роботов гонять.
Маруся неуверенно кивнула, не слишком представляя, как они проберутся мимо взбешенного Сашкиного отца.
Сашка в себе не сомневался. Он сунул голову за штору и крикнул:
— Э, там во дворе, кажись, киборга поймали. Ща на запчасти разбирать начнут.
К удивлению Маруси, и Сашкины родители, и даже обиженная тетка рванули вниз — посмотреть на расправу.
Сашка вытолкнул Марусю на лестницу и приказал подняться на пролет выше — к лестнице на чердак. Бросил ей куртку, а сам отправился переодеться.
Маруся стояла и слушала, как в лестничном колодце, словно в перевернутом стакане, отражались, усиливаясь, звуки, долетавшие из двора в открытую дверь. Выскочил Сашка, забрался к ней, снова закурил. Нужно было дождаться, пока все разойдутся.
Бабка и правда оказалась прочно выжившей из ума, роботов не ловила, никого не узнавала. К тому, что «Гришина сестричка» поживет у нее, отнеслась с благостным равнодушием. Сашка пообещал заглянуть на следующий день после школы и свалил, а Маруся забралась под пахнущее сыростью и пылью одеяло и наконец дала волю слезам. Бабка в комнате включила на полную громкость телевизор и тотчас захрапела под него, присвистывая на выдохе носом на тонкой тоскливой ноте.
Маруся хотела пробраться в комнату и посмотреть, что такое показывают по ящику, отчего все посходили с ума, но усталость придавила голову к подушке. Проснулась она за полчаса до начала первого урока. В телевизоре роились белые мухи помех, бабка спала в кресле, завалившись на бок как мертвая. Маруся потрогала ее пальцем — старуха громко всхрапнула и снова принялась выводить носом музыку.
Машка схватила сумку и рванула в школу.
— Что это за прическа у тебя, Комарова? — сквозь зубы пробормотала классная.
— Роботская, — бросил кто-то с задних парт. Все заржали.
— А вам не кажется неприличным, Комарова, так выпячивать свою… техногенность, — учительница, казалось, не выговорила, а выплюнула ненавистное слово.
