Габриэла вернулась к своим друзьям.
— Спасибо, подружка. — Нэнси шлепнула Венди по плечу.
— Ну а вы, ребята, что собираетесь делать с ее щенячьей тоской?
— У нас для нее сюрприз: новый щенок ко дню рождения.
— А что. Пожалуй, это лекарство.
Пока они болтали, бородач их подслушивал, при этом якобы отгадывая кроссворд в своей аккуратно сложенной газете. А на самом деле он делал пометки насчет Габриэлы Нанн, которой скоро исполнится шесть; о ее пропавшем кокер-спаниеле Джексоне, а также о предстоящей вечеринке у Джоанни Тайсон в парке «Золотые ворота». Большое гулянье с тридцатью детьми. Шум, тарарам и беспечность. Мужчина сделал точные пометки о времени и месте.
Эдвард Келлер сунул огрызок карандаша в нагрудный карман. Сегодняшние новости о религиозном психозе были ему по нраву. Даже веселили. И впрямь, как смертные могут отличить психоз от Божественного Откровения? Им этого не дано.
Келлер гуляющей походкой вышел с игровой площадки, постукивая сложенной газетой по ноге. У себя за спиной он слышал смех ангела Гавриила, купаясь в свете истины.
Келлер возблагодарил Бога за помощь.
Габриэла Нанн присоединилась к хору визжащих девчушек, кружащихся в кабинках карусели. Старый органчик надрывался польками и падеграсами, а Габриэла за последние недели еще ни разу не была так счастлива — настолько, что почти позабыла о пропаже своего песика Джексона.
Была суббота. Семилетие Джоанни Тайсон на детской площадке парка «Золотые ворота» праздновалось с размахом. Творилось что-то невообразимое. Тридцать два ребенка. Подлинный раешник для малышни. Лето тортов, мороженых и неуемного веселья.
На Габриэле было платье в цветочек, специально сшитое матерью для ее собственного дня рождения. До шестилетия ей оставалось всего несколько дней, но она вымолила у мамы надеть его сегодня. Нэнси в итоге сдалась, а затем заплела дочкины каштановые волосы в пышные косы, которыми Габриэла очень любила мотать. Теперь, кружась и смеясь со своими подружками Трэйси Таннер, Милли Палмер и Рондой Кинг (которую все называли «Ронда Выручай»), Габриэла наслаждалась этим прекрасным днем.
Поистине день мечты.
Из карусели она не вылезала. В животе щекотало, словно там внутри восторженно трепетали крылышками бабочки. Вот так бы кататься и кататься на карусели вечно. Но после третьего катанья подряд Нэнси Нанн, наблюдавшая за девочками, встревожилась, как бы четвертый круг не оказался рискованным, с учетом количества торта и мороженого, которое дети поглотили ранее.
— Можно мы теперь побежим к остальным? — спросила непоседа Милли Палмер.
Между поеданием сластей и вручением подарков вечеринка разделилась на несколько небольших групп, каждая под доглядом взрослого.
Одни отправились к Мосту Троллей, а другие к Мышиной Башне. Венди Слоун повела Летти, Илэйн и еще троих девочек на Двор Фермы.
— Миссис Нанн, а можно и мы пойдем в Башню? — спросила Трэйси Таннер.
— Нет, идем во Двор Фермы! — заупрямилась Ронда Кинг.
— Прежде чем мы куда-то направимся, дамы, кто хочет сходить в туалет?
Милли и Ронда вскинули руки.
Нэнси повела свою четверку в ближайший санузел. Милли и Ронда зашли в кабинки. Габриэлу и Трэйси Нэнси подвела к зеркалам, чтобы девочки привели в порядок растрепанные волосы. Вскоре из кабинки вышла Милли и стала мыть руки. А Ронда что-то задерживалась.
— Ронда? — окликнула ее Нэнси через пару минут, пытаясь открыть кабинку. Но дверь оказалась заперта.
— Миссис Нанн, мне что-то нехорошо, — проныла изнутри Ронда.
Остальные девочки переглянулись.
— Я, наверно, сейчас…
Стало слышно, как Ронду неудержимо рвет.
Девочки поморщились.
Ронда кашляла в надрывных спазмах.
По указанию Нэнси Милли, самая мелкая в группе, пролезла под дверь кабинки и отперла ее изнутри. Ронда расположилась на унитазе вся в слезах, со спущенными трусишками. Вот же несчастье. Нэнси взяла ее за дрожащую руку, скомканной салфеткой промокнула ей слезы и убрала с глаз волосы.
— Милая, все хорошо, упокойся.
— Бе-е-е, гадость, — безжалостно сказала Трэйси.
— Все будет хорошо, дорогая, — хлопотала Нэнси. — Трэйси, пожалуйста, принеси мне бумажных полотенец. Одни смочи холодной водой, а другие чтоб сухие. Девочки, оставайтесь со мной, пока мы будем помогать Ронде.
— Но, мама, это же гадость! — возмутилась Габриэла.
— Габриэла, оставайся здесь, — через плечо сказала Нэнси, помогая Ронде надеть трусы. — Ронда, миленькая, с маленькими девочками такое бывает, так что не волнуйся.
Вернулась с полотенцами Трэйси. Девочки вели себя хорошо: не дразнили Ронду и не мешали Нэнси, а молча стояли рядом; все, кроме Габриэлы. Запах рвоты перехватывал ей дыхание. Как бы самой не уподобиться неряхе Ронде.
Снаружи зазывно играла новая полька, и девочка решила выйти и подождать снаружи туалета. Здесь она стояла одна, глядя на вращение всяких зверушек, красочных лошадок, колесниц и корабликов. Мама будет довольна, что у нее такая большая, самостоятельная дочь. Габриэла стояла, улыбаясь своим мыслям, когда на нее неожиданно упала чья-то тень.
