Они дошли до шоссе, уходящего куда-то в пески, и остановились. По обеим сторонам темнели стога верблюжьей колючки.
Акы спихнул Артык-шиха с асфальта, подвел его к одному из стогов, отбросил в сторону охапку колючки, поджег ее и сказал:
— Ну-ка, давай сюда, чалму!
— Зачем тебе моя чалма?
— Давай, говорю!
Артык-ших снял чалму и протянул ее Акы.
— Брось на землю!
Не прикасаясь руками, парень носком сапога метнул чалму в костер.
— Снимай халат!
— Акы, смилуйся!
— Хочешь, чтобы я из тебя кишки выпустил?
Халат бросил в костер сам Артык-ших.
— Теперь все?
Переложив нож из одной руки в другую, Акы усмехнулся:
— Нет, пока не все! Снимай рубашку и туфли!
Тот покорно бросил в костер рубашку и туфли.
— Уж теперь-то, наверно, все?
— Нет, еще не все, святой отец! — Акы с презрением глянул в освещенное пламенем ненавистное лицо Артык-шиха. — Снимай штаны!
— Акы!
— Снимай! — парень подошел вплотную к Артыку и схватил его за шнурок, на котором у того держались штаны.
Артык-ших отпрянул, но Акы успел перерезать шнурок острым, как бритва, ножом. Штаны свалились и помешали Артыку бежать. Он запутался в них и упал.
Акы содрал с него злосчастные штаны, швырнул их в костер и приказал:
— Вставай!
Стыдливо прикрываясь руками, Артык-ших встал и, всхлипывая, проговорил:
— Теперь кожу с меня сдерешь?
— Пусть кожу сдирают с тебя собаки! — сказал Акы и вывел его на середину шоссе. — Иди! — не удержался и пнул святого. — Если попадешься когда-нибудь мне на глаза, набью твою шкуру соломой!
Сам Акы двинулся в обратную сторону — домой. Через какое-то время до него донесся сзади пронзительный женский голос:
— Помогите, люди! Привидение идет, привидение!..
Караджа Агаев с большой папкой под мышкой с утра отправился в путь. Как раз прошло два дня после того, как он побывал в гостях у Каландара Ханова и получил соответствующие указания. „Волга“ начальника быстро домчала его до правления колхоза „Хлопкороб“.
— Шасолтан еще не пришла? — спросил ревизор, приоткрыв дверь в бухгалтерию.
— Наш председатель с утра на полях, а в контору приходит попозже… — объяснил главный бухгалтер Дурды Кепбан. — Караджа! Откуда ты взялся? — тут же воскликнул он, пожимая руку ревизору. — Проходи, садись! Тебе, оказывается, нужна была высокая должность, чтобы пожаловать к нам. Совсем тебя не видим. Ну, рассказывай, как дела, жена как? Дети, не сглазить бы, наверно, выросли?
Хоть Дурды Кепбан и старался, как умел, говорить приветливо и задушевно с бывшим односельчанином, разговора не получилось, потому что Агаев с самого начала принял официальный тон.
— Дети растут, а мы стареем, товарищ Кепбапов, — сухо и даже надменно ответил он. — Забот и хлопот — по горло.
Человек бывалый и чуткий, Дурды Кепбан понимал не только слова, но и тон, каким эти слова произносятся.
— Забот и хлопот, конечно, хватает, — проговорил он и, незаметно окинув ревизора взглядом, обратился к парню, который потихоньку щелкал на счетах у противоположной стены. — Аннагельды, голубчик, не сочти за труд, включи чайник. Угости товарища Агаева крепким чаем. То ли с утра сегодня припекло, то ли еще почему — у нас у всех пересохло в горле.
— Лично я чаю не хочу, товарищ Кепбанов. Вы лучше найдите мне председателя, — сказал ревизор и заходил по комнате, не расставаясь со своей папкой. Безразличным взглядом окинув стены, увешанные лозунгами и плакатами, он прохаживался, ни на кого не глядя.
— Найти Шасолтан нелегко. Сами знаете, посевные площади теперь не те, что были раньше. Прежде весь колхоз — пять кибиток, и все. Сейчас, чтобы добраться из бригады в бригаду, нужно порядочно времени. Возможно» Шасолтан сегодня поехала подальше" за канал, на бахчу.
— Интересно, что бы вы делали, если бы приехал кто-нибудь вроде Каландара Ханова или секретаря райкома?
— Ничего бы не делали. Ответили бы им так же, как и вам.
— Как же быть? — размышлял вслух ревизор" положив наконец папку на подоконник и прислонившись к стене.
— А очень просто, товарищ Агаев, — улыбнулся Дурды Кепбан. — Давайте я повожу вас по селу. Вы, наверно, не видели наших новых построек. Или у вас очень срочное дело?
— Еще какое срочное!
— Может быть, я смогу вам помочь? Хоть я и не председатель, но все-таки член правления.
— Нет, ваши права и ваши возможности так далеко не распространяются, — важно сказал Агаев. — Прежде всего нужно разрешение председателя.
— А… Так, значит, вы приехали по ревизорским делам?
— Да, можно сказать и так.
— Разрешите узнать, что именно вас интересует?
— Узнаете, когда приедет председатель.
— Что ж, ладно, — задумчиво произнес Дурды Кепбан. — И ревизия — дело нужное. Однако следует не только ревизовать, но порой и помогать. Сами знаете: чем обширнее становится хозяйство, тем сложнее работа по учету и отчетности. Теперь колхозу нужен не простой бухгалтер, а, если хотите, академик. Вернее, счетная машина!
— Я приехал по одному конкретному вопросу! — заявил ревизор. — Если вы нуждаетесь в помощи, придется нам еще как-нибудь заехать.
