— Я-то знаю, что вы не успокоитесь, пока не сунете под мышку свою папку. Аннагельды, голубчик, съезди за ней, а если появилась Шасолтан, позвони нам! — сказал Дурды-ага и, отправив парня, повел ревизора к себе. — Смотрите, товарищ Агаев! У Дурды Кепбана дом тоже не хуже, чем у Тойли Мергена. Хватит, пожили мы в прокопченных мазанках и в дряхлых войлочных юртах. Теперь иные времена.
— Конечно, конечно! — буркнул ревизор, но хозяин дома не уловил — с одобрением тот говорил или с осуждением.
Тут навстречу им вприпрыжку выбежал пятилетний сын Дурды Кепбана. Ребенок прыгнул отцу на руки, обнял его за. шею, подергал за нос, схватил за ухо и засыпал вопросами:
— Папа! Ты уже проголодался?
— Да, сынок, уже проголодался.
— А кто этот дядя?
— Этот дядя — ревизор.
— Что, что?
— Ре-ви-зор.
— А что он делает? Он собирает хлопок? Или на бахчевых?
— Тебе пока еще не понять, кто такой ревизор, сынок.
— А ты объясни, тогда пойму! Он хороший или плохой?
— Ах ты, шалун! Ступай, играй! — сказал Дурды Кепбан и, поставив сына на землю, тихонько шлепнул его по мягкому месту.
— Мама, мама! — закричал мальчонка, ворвавшись в комнату. — Папа пришел. А с ним дядя — с золотыми зубами. Ре-ви-зор! Мама, ты не знаешь, кто такой ре-ви-зор?
— Некрасиво так говорить про дядю. Ревизор такой же человек, как твой папа. Ступай поиграй!
— Не буду играть! Не буду играть!.. Мой папа не ре-ви-зор! Мой папа бух… бух-гал-тер!
— Ладно, пусть бухгалтер. Не хочешь играть, посиди вон там!
— Не буду сидеть! Не буду сидеть! — уже в дверях прокричал мальчик и выбежал из дома. — Ата! Ата! — загорланил он на улице, увидев соседского мальчишку. — К нам ре-ви-зор приехал!
Карадже Агаеву было явно неприятно, что этот бесенок на всю улицу кричит: "ревизор", но он сделал вид, что ничего не слышит, и вместе с хозяином вошел в дом. За столом он больше молчал, уплетал за обе щеки и пил хорошо заваренный зеленый чай. Когда гость отведал все, что подавала хозяйка, зазвонил телефон.
— Председатель на месте. Пошли, — сказал Дурды Кепбан, положив трубку.
Едва переступив порог бухгалтерии, Караджа Агаев кинулся к папке, лежавшей там, где он ее оставил.
— Почему же ты не привез ее, как тебе было велено? — спросил он Аннагельды.
Не поднимая головы, парень произнес:
— Посчитал, что ни к чему.
— А ты, оказывается, себе на уме.
Не вымолвив больше ни слова, Аннагельды продолжал щелкать на счетах.
Дурды Кепбан отвел ревизора к председателю.
Уже в общем-то понимая, зачем пожаловал в колхоз районный ревизор, Шасолтан сразу приняла официальный тон:
— Говорите, товарищ Агаев, чем могу служить.
— Вот, товарищ Назарова, — сказал Агаев и, достав из папки листок, протянул его председателю.
Едва взглянув на бумагу, Шасолтан положила ее перед собой. Минуты две она молчала.
— О чем вы задумались? — забеспокоился Агаев.
— Тут нельзя не задуматься, — серьезно ответила девушка и взялась за телефонную трубку. — Милая, соедини меня с секретарем райкома, с товарищем Карлыевым!
— Может быть, поговорите с товарищем Хановым, — посоветовал Агаев.
— Я сама знаю, с кем мне разговаривать, товарищ Агаев.
— Простите.
Не успела она положить трубку, как зазвонил телефон.
— Здравствуйте, товарищ Карлыев! — не спеша заговорила Шасолтан. — К нам в колхоз приехал ревизор, и вы, конечно, об этом знаете? Что? Как кто? Старший специалист организационного отдела по делам колхозов сельхозуправления райисполкома. Да, товарищ Караджа Агаев. Хочет, видите ли, проверять Тойли Мергена. Его денежные и хозяйственные дела… Да, привез и официальное отношение. Сейчас посмотрю, кто подписал… Председатель райисполкома Каландар Ханов… Слушаю… Да, помню… Я только не понимаю, зачем проверять Тойли Мергена? Мы ведь знакомы со всеми его финансовыми делами. Знаем все его расходы, буквально до копейки! Зачем изводить пожилого человека напрасными подозрениями? Зачем заниматься такими никчемными делами, лучше бы… Слушаю, да… Ладно, сделаем, как вы говорите. Это-то верно… Очень хорошо, приезжайте к нам… Тойли-ага… Конечно, видела, полчаса назад… Перемены большие… Есть у меня кое-какие опасения, но об этом в другой раз… Да, вот что, мы слышали, вроде бы пришли новые хлопкоуборочные машины. Когда будете распределять, не забывайте нас… — Шасолтан засмеялась. — Нет, не хотим, как прежде, по жребию… Да я шучу, товарищ Карлыев… Да, есть у меня и другое дельце. Выберу денек и заеду к вам… Хорошо, поняла. До свидания.
Едва дождавшись, когда Шасолтан положит трубку, Агаев подался вперед и спросил:
— Ведь товарищ Карлыев тоже не возражает?
— Как вам сказать? — не торопясь, ответила она. — И да, и нет.
— Как это так?.. Я…
— Не спешите… Говорит, раз приехал, пусть проверяет… Словом, начинайте, товарищ Агаев! Ревизуйте! Дурды-ага вам поможет.
— Пожалуй, Дурды-ага ему не помощник! — Главный бухгалтер встал. — Пусть берет документы и проверяет! У меня и своих дел хватит. И вообще зачем главному ревизору нянька?
То, что секретарь райкома не возразил против ревизии, подняло дух ревизора. Откашлявшись, Агаев проговорил с угрозой:
