В порт Вакканай БМРТ "Академик Елистратов" пришел в последних числах июня.
Был полдень, время обеденное, когда в кают-компанию спустился вахтенный помощник Микулин.
– Павел Артемьевич, японцы дали радио: таможенный катер уже вышел, минут через пятнадцать будет у нас, – доложил он капитану Кузнецову, не забыв традиционно пожелать команде приятного аппетита.
– Ясно, – Кузнецов сдвинул в сторону недоеденное второе и взялся за компот. Сидевший за столом "грузовой" (второй помощник) Цапко вопросительно взглянул на капитана. – Давай, Дмитрий, заканчивай – и ко мне. Скоро и для тебя работа найдется.
С капитанского мостика хорошо просматривалась территория порта, вся в разноцветных пятнах двадцатифутовых морских контейнеров, выложенных аккуратными прямоугольниками. Сияли на солнце и резали глаз гофрированными металлическими крышами грузовые ангары. Размеренно и четко работали портовые краны, извлекая из трюмов бельгийскую сталь, российский лес, чилийскую медь, бразильский кофе…
– Вон они, видите? Из-за мола появились, – Микулин протянул Кузнецову бинокль.
Наметанным глазом капитан уже выхватил из волн серого стального жучка, резво ползущего к "Академику Елистратову", и тут же потерял к нему всякий интерес.
– Готовьте штормтрап. Я буду у себя, – и отправился на твиндек.
Оказавшись в каюте, Кузнецов подсел к столу, закурил, окинул взглядом сделанный "под старину" резной шкаф со встроенным мини-баром и решил, что к предстоящей встрече с таможней вполне готов. Не первый раз он приводит судно в Вакканай, местная таможня его знает и препятствий не чинит. Приходишь, сдаешь груз консигнатору, загружаешься подержанными автомобилями – и полный назад, курс норд-ост, сколько-то градусов… А контрабанду, пожалуйста, на другом судне ищите.
Ударил о борт и погасил удар кранцами таможенный катер. Еще несколько минут, и в каюту вошел Цапко со старшим таможенником Хочигавой.
– Кённици-ва!
– Кённици-ва, Хочигава-сан! I glad to see you on sheep. Do you wаnt drink?
– Yes, of course…
Таможенники ограничились лишь поверхностным осмотром судна. Коносаменты в полном порядке, вот доверенность на сдачу груза, консигнатор уже ждет на берегу. Стоит ли лишний раз в трюмы заглядывать? От капитана японец вышел еще благодушней, чем полчаса назад, забрался в катер и уехал, апомнив, что скоро подойдет буксир.
– Good-buy, captain!
– Good-buy.
Наиболее рискованную часть операции по доставке контрабандного улова в Вакканай можно было считать завершенной.
Часа в четыре пополудни подошедший буксировщик принял с "Академика Елистратова" швартовые и повел судно в ковш.
Первым, кого встретил сошедший на берег Кузнецов, был представитель консигнатора, известной на Хоккайдо фирмы "Джапан Фиш Трейдинг, Лтд" господин Точито. Говорил он по-русски довольно неплохо, хотя и предпочитал вести деловые переговоры на английском языке. Впрочем, на этот раз они беседовали по-русски.
– Все ли у вас в порядке, капитан?
Кузнецов улыбнулся:
– Спасибо, не жалуемся.
– Что с грузом?
– Как договаривались: креветка, краб… Всего понемногу.
– Когда думаете встать под разгрузку?
– Завтра утром.
– А почему не сегодня вечером? Я говорил со стивидором, он не возражает. – Точито взглянул на часы. – Вы сможете сейчас поехать со мной в офис?
– Да, конечно. Вот только поставлю в известность грузового помощника… И захвачу кое-какие документы.
– Пропуск в город вам уже заказан, – любезно сообщил Точито. – Я буду ждать вас в машине.
Поручив Цапко начать готовить трюма к выгрузке, Кузнецов уехал в город. Проводив черный мерс завистливым взглядом, Микулин спустился в камбуз.
– Дай мне, что ли, компотику, Глущук, – сказал он коку. – Что на ужин готовишь?
– Что ловим, то и готовлю. Рыбу, конечно! Ловили бы свиней – отбивные бы на ужин зробил, – традиционной шуткой ответил кок. Хохлацкое "зробыл" прозвучало смачно, словно вареник в сметану шлепнулся.
– С отбивными я могу и до Корсакова подождать. А вот по паре котлет на ужин не помешает. Сделаешь?
– А то! Лишь бы мясо было…
Кузнецов вернулся на судно к восьми – как раз к вечернему чаю, но в кают-компанию идти не торопился. Спустившись в каюту, запер дверь на ключ и вынул из дипломата давешнюю пластиковую папку с документами. А также небольшую коробку, обернутую полупрозрачной бумагой, с напечатанной на ней рекламой какой-то фирмы.
В таких вот коробках симпатичные девушки-японки, часто улыбаясь и кланяясь, подают морякам в магазинах всяческие сувениры: фирменные зажигалки, дорогие ручки или же что-нибудь из мужской галантереи, например, запонки и булавку для галстука. Впрочем, и ручки, и галстук с булавкой у капитана Кузнецова были… Открыв сейф, капитан кинул в него папку с документами, отдельным ключом отпер специальный ящик для ценностей и положил в него привезенную с собой коробку.
