– Не причиню, – пообещал Итан, еще крепче прижав ее к себе, и в тот короткий миг он, наверное, именно так и думал.
Поднявшись на цыпочки, Мэдлин поцеловала его в щеку, коснувшись губами шрама и не обратив на это внимания.
Итан никогда не удостаивался столь ласкового обхождения, поэтому не знал, как реагировать. Она, похоже, была довольна тем, что произошло, и, мурлыча что-то под нос, направилась в ванную, освежиться и переодеться в одно из отобранных платьев.
Когда Мэдлин вернулась в красивой новой одежде, с зачесанными наверх волосами, Итан неожиданно для себя предложил:
– Сходим на твой чердак. Если хочешь одарить чем-нибудь своих подруг, и можем захватить с собой пару бутылок шампанского.
– Правда? Для Беа и Коррин?
– Да. – Одним этим предложением он заработал сто очков. Выражение ее лица недвусмысленно говорило: «Обожаю». Итан оттянул воротник.
Обрадованная модистка использовала перерыв, чтобы подготовить их счет, в результате чего они сэкономили время при оплате. Он думал, Мэдлин упадет в обморок при виде суммы, которую ему пришлось выложить. Но отдал бы и в двадцать раз больше, если бы знал, что получит в награду.
Пока девушки заворачивали бутылки шампанского и укладывали их в небольшую корзинку, Итан объяснил модистке, что пришлет телеграммой указания, куда отправить остальную одежду Мэдлин после ее пошива. А то, что будет готово сегодня, он попросил переслать в его отель.
Когда они с Мэдлин вышли из ателье, и он предложил ей руку, она без колебаний взяла ее. Прохожие на улице открыто провожали их насмешливыми взглядами. Он понимал, что они задаются вопросом, что она делает рядом с ним. А ведь когда-то он был довольно красив и мог составить ей достойную пару. Сейчас же ему приходится тратить деньги на женщину, чтобы заслужить ее расположение.
Итан испытывал какое-то не совсем понятное чувство к ней, что-то вроде благодарности за то, что произошло между ними, но в данный момент это только раздражало его. Он был похож на голодного волка, которому перепал кусок, а он и рад. Он стиснул зубы, закипая. Никогда не думал, что докатится до этого.
И во всем виноваты ее родители.
Все делится на черное и белое. Он не был человеком, стесненным моральными рамками, а она была дочерью людей, виновных в его уродстве.
Разве можно было проявлять нерешительность или допускать какие-то иные мысли по поводу того, что он планировал?
Ни в коем случае. Все, что ему было нужно, это подмять ее под себя столько раз, сколько понадобится для того, чтобы потом вычеркнуть из своей жизни.
– Спасибо тебе за сегодняшний день, – сказала она, одарив его лучезарной улыбкой. Угодил ли он ей тем, что потратил состояние на ее наряды, или ей понравилось то, что произошло между ними? Хотя какое это имело значение?
– Рад был услужить, – ответил он, наверное, впервые в жизни.
В Марэ он помог ей выйти из экипажа. На улицах царили те же разруха и хаос, а Мэдлин посреди всего этого была подобна бриллианту в грязи.
– О, посмотри, вон Берта, – шепнула она Итану. – Та, что вчера толкнула меня в таверне. Пусть она увидит нас.
Он скрыл раздражение. Хотела ли Мэдлин, чтобы ее видели с ним, или стремилась показать только свои обновки? Он уже решил, было, что второй вариант реалистичнее, когда ощутил фамильярное похлопывание по заду.
– Мэдлин, – возмутился он, и она тотчас же подняла руку.
– Извини. Просто не смогла устоять перед соблазном. Странно, отчего ему это… польстило?
Когда они подошли к ее дому, Мэдлин повела его внутрь, к лестничному пролету.
– Держись за веревку, – сказал она, забрав у него корзинку и поспешив вперед, будто могла видеть в темноте.
Как только застонали доски верхней лестничной площадки, дверь Беа распахнулась и навстречу им выбежала почему-то Коррин.
– Люди Тумара приходили снова, – сказала она. – Тебе, Мэдди, нужно скорее уходить! Они избили Беа.
– Что? – воскликнула Мэдлин. – Беа? Коррин кивнула:
– Она не сказала им, куда ты пошла, а потом плюнула одному из них в лицо. С ней будет все в порядке, но сейчас лежит, приходит в себя.
Сообщение об угрозе вновь пробудило в Итане желание защитить Мэдлин.
– Пойди, посмотри, как там Беа, – сказал он ей. – Коррин расскажет мне подробности.
Мэдлин поспешила в комнату Беа и тихо прикрыла за собой дверь.
– Судя по всему, ты действительно собираешься отныне заботиться о Мэдди, – сказала Коррин.
Поколебавшись, Итан кивнул:
– Мэдлин приняла мое предложение. Коррин облегченно вздохнула.
– Но мне нужно выяснить кое-какие моменты из ее прошлого, а девочка не очень разговорчива. – Коррин сочувственно кивнула. – Как она обожгла руку?
– О, это произошло во время пожара в сорок седьмом. Ее дом вспыхнул как спичка, и она оказалась наверху, отрезанной огнем. Она едва не потеряла руку и вообще чуть не погибла.
Значит, ей было одиннадцать или двенадцать лет, когда пришлось покинуть свой дом и переехать за границу. А незадолго до того умер ее отец…
