– Непременно. – Обняв их обеих, Мэдлин шмыгнула носом. – Берегите друг друга.
Беа кивнула со слезами на глазах, и снова они долго прощались, потом он увел Мэдлин. Они поднимались на холм, и она не переставала, оборачиваясь, махать подругам, пока те не скрылись из виду.
Когда они стояли, поджидая экипаж, Итан сказал:
– Мэдлин, мне нужно поговорить с тобой. – Казалось, все вокруг таращатся на них. – Я тут подумал…
– Понятно. – Непохоже было, чтобы она удивилась. Неужели она предвидела, что он разочарует ее?
Почему? Он ведь явно нравился ей. Он не очень-то нравился даже братьям – хотя они готовы были умереть за него, Итан был в этом уверен, – вызывал недоверие у Корта, постоянно расстраивал Хью.
Что почувствовал бы Хью, доведись ему узнать, что старший брат лишил девственности беззащитную сироту, а потом бросил ее в Париже?
Слова, сказанные Хью перед прощанием в Лондоне, эхом прозвучали в голове Итана: «Что, если она та, единственная? Ирония будет заключаться в том, что ты наконец-то нашел ее и должен остаться с ней».
Но Итан заставил ее страдать. И чем дольше она оставалась с ним, тем больше была вероятность того, что он снова причинит ей боль. Просто такова была его натура – ну не мог он доставлять радость другим.
Возможно, ей нужно все же понять, каков он на самом деле.
– Что ты хочешь мне сказать? – спросила Мэдди, стараясь скрыть разочарование.
Она понимала, что все слишком хорошо складывалось, чтобы оказаться правдой, а сейчас, судя по виду Маккаррика, его угнетали какие-то мысли. Только чтобы не молчать, она спросила:
– Ты заплатил Тумару?
– Ты ничего ему не должна, – ответил он загадочно. Мэдлин нахмурилась:
– Ты… убил его?
– Да, я засадил пулю ему в череп. – Он глянул на нее, желая узнать, как она среагирует.
Мэдлин вздохнула. «Защитник вернулся из боя». Когда она ответила кивком, он, казалось, растерялся. Наверное, надеялся, что она убежит.
– Черт с ним, девочка. Почему ты на меня так смотришь? Меня это не беспокоит. И я просто сообщил тебе, что убил, к чертовой матери, человека сегодня днем.
Может, у Маккаррика и не было никаких задних мыслей? Может, он просто испытывает вину за содеянное?
– Надеюсь, из-за этого ты не чувствуешь себя виноватым. Марэ вздохнет свободнее без Тумара. Но нам нужно подумать о том, как вывезти тебя из города. Как ты думаешь, мы можем попасть на борт теплохода до его завтрашнего отхода?
Он замер, потом вскинул голову.
– Я никогда не постигну тебя. Потому что ты сумасшедшая.
Мэдди отмахнулась.
– Ты предлагал ему заплатить? – спросила она. Он ничего не ответил.
– Значит, ты предложил заплатить ему, а он отказался. Ему совсем не нужны были мои деньги. Он намеревался заставить меня работать, как Берту?
Глаза Маккаррика с яростным блеском в их черной глубине впились в нее.
– Да, после того как сам переспал бы с тобой, – сказал он срывающимся от негодования голосом.
– Понятно. – Она почувствовала накатившее отвращение. – Что ж, он не оставил тебе выбора. Если он отказался от твоих денег, а я покинула бы город, он отыгрался бы на Беа и Коррин. А что ты сделал с его людьми?
– Я переломал, их чертовы руки.
Непонятно, что он увидел в выражении ее лица, но взорвался:
– Не надо опять. Прекрати смотреть на меня так.
– Да, хорошо. Но нам действительно нужно выбираться отсюда, и побыстрее. – Мимо них проезжал экипаж, она свистнула, подзывая его, но он не остановился. Мэдди выругалась. Потом неожиданно округлила глаза. – О, Маккаррик, а как твоя рана? Твои швы не разошлись, а?
Он прошелся пятерней по волосам.
– Ты не… у тебя не все в порядке с головой, если это не волнует тебя. Ты ничего не хочешь знать, потому что тебе очень хочется вырваться из этого треклятого места.
– Я столько раз видела здесь смерть, что Тумар не заслуживает даже воспоминания.
– Тумар далеко не первый убитый мной.
– Я так и думала. Подозреваю, что ты занимаешься какими-то опасными, секретными делами.
– Да, и намерен продолжать, даже когда женюсь. Мэдди всматривалась в его лицо.
– Дело ведь не в том, что ты испытываешь вину, правда? Просто пытаешься отделаться от меня.
Он промолчал. «Черт, нет!»
У нее есть кольцо, деньги и одежда; с Тумаром разобрались. Перед ней опять забрезжило будущее. Почему бы ей, не отмахнуться от всего этого как от приятного визита, который подошел к завершению?
Потому что она хотела его. Ей не хватало его неумелых улыбок. Ей не хватало того, что он подарил ей сегодня утром, – невообразимого удовольствия.
– Так и есть. – «Протестуй… скажи, что это не так!» Он по-прежнему молчал. – Тогда есть предложение. Сделай что-то действительно ужасное, чтобы отпугнуть меня. Сделай что-нибудь намного хуже убийства калечившего молодых женщин бандита, чтобы защитить меня и моих подруг. Послушай, я уже большая девочка, – сказала она с фальшивой бравадой. – Я пойму, если ты передумал, – соврала она, зная, что проплачет много дней, если он ее бросит. – И, очевидно, я сделала что-то…
– Нет, ты здесь ни при чем, – тут же страстно запротестовал он.
