Если падать, то вместе полностью

Я решила убить сразу нескольких зайцев и пригласила Дженну с Ивой в дом к моей матери: так мне не придется рассказывать им про свою работу по отдельности, плюс у мамы будет меньше шансов расхваливать своего парня.

Вечер проходил достаточно весело и вкусно: Дженна принесла закусок, Ива пару бутылок вина, мы с Марком захватили горячий ужин, а мама приготовила тыквенный пирог. Ее парня Стива не было с нами – это к лучшему.

Все время я обнимала и целовала Марка, не отлипая от него, как будто искупая вину за свои мысли о красавчике-Голдберге, но, черт побери, думала о нем постоянно.

Около 9 вечера раздался звонок, и на пороге появился Стив собственной персоной с букетом красных роз. Мама забегала в поисках вазы, а Стив знакомился с моими подругами.

– Ну раз вы все здесь, – взяла слово Каталея, взбивая руками свои розы, – у нас для вас новость.

Кажется, все вокруг поняли, о чем речь. Мои подруги и Марк прекрасно знают мою маму. Мы переглянулись.

– Вы женитесь! – громко проговорили мы хором.

– Да! – взвизгнула мама. – Как вы догадались? Я даже без кольца!

– Кстати, мама, Стив, а где кольцо? – удивилась я такой промашке со стороны жениха.

– Я сделал предложение в Испании, – начал Стив. – С кольцом, все как положено, – он улыбнулся и подмигнул своей невесте.

– Но оно оказалось малО, – призналась мама, подойдя к жениху. – Видимо, это отеки! Мы сразу отдали его ювелиру для расширения, как только приехали сюда. Будет готово во вторник.

– Ну, в таком случае, наши искренние поздравления, – отозвался Марк.

Мама и Стив стали целоваться на виду у всех, а я отвернулась, чтобы меня не начало тошнить от этой ни хрена не умилительной картины.

Весь вечер наперебой они делились своими впечатлениями от поездки по Европе. Мама там бывала неоднократно с ее предыдущими кавалерами, но предносила все так, будто впервые видела Эйфелеву башню или Палаццо.

Верю ли я в их брак? Да, но временно. Стив скоро наскучит маме, и она найдет себе другого. Мне кажется, она не перестанет выходить замуж, даже если к последнему жениху к алтарю ее будут везти на инвалидной коляске. Единственный плюс во всем этом – она ничего не теряла. Наоборот, теряли мужчины. Мама в свои 48 лет была из тех женщин, которые выглядят моложаво, она практически как моя старшая сестра. Иногда, когда мы выбирались куда-то вместе, просила называть ее Каталеей вместо «мама», дабы не пугать молодых потенциальных ухажеров. Стройная, с коричневыми волосами до плеч, ростом около 167 сантиметров. Вся моя рыжина и рост перешли ко мне по папиной линии. Мама много вкладывала в свою внешность, а вот любовь к дизайнерским побрякушкам досталась мне от нее. Всю жизнь она усиленно работала, но примерно полгода назад решила, что хочет по полной наслаждаться свободой. Это не создавало мне никаких проблем, пока она успешно оплачивала счета своей матери Гретты за лечение.

– Еще один момент, – мама постучала вилкой по бокалу, – мы переезжаем в Лондон, – тут же объявила она.

У меня отвисла челюсть.

– Да, дорогая, не смотри так, ты знаешь, что работа Стива там, а не здесь. Я должна поддержать супруга.

Ох, подлиза. Она создает видимость заботы о своем будущем муже. Молодец! Иногда мне хочется аплодировать ей стоя.

– Будем видеться чаще, – она подошла ко мне и ущипнула за бок.

Кажется, мне заплохело. Я люблю маму, но провести больше пяти часов в неделю в ее компании – пытка, а с учетом количества ее свободного времени домохозяйки, она выжмет из меня по максимуму.

Я перенесла встречу с Греттой на воскресенье, поэтому она ждала меня. По заключению врачей бабушка находилась на второй стадии болезни. Умеренная деменция предполагала, что ей нужны присмотр и забота постороннего человека. Ее сиделка Феона (какое милое имя), женщина лет 45, прекрасно с ней ладила.

Сегодня бабушка была в плохом настроении. Мне даже показалось, что она меня не узнала, но уже через несколько минут расспрашивала о Марке, бурча вдобавок что-то невнятное. Трудно было понять, что происходит в ее голове, но я была терпелива.

Я провела много дней в ее доме, когда была младше, пока мама скакала на очередном жеребце где-то на берегу моря или в номере отеля. Она всегда учила меня быть сильной и давать отпор, говорить «нет» и оставаться верной себе. Не знаю, в кого пошла моя мама, но Гретта была верна своему мужу, скончавшемуся от несчастного случая на производстве, когда Каталее было всего 12 лет. Его ударило током. Видимо, шок, а затем затянувшаяся депрессия после потери любимого человека и стали факторами, позднее переросшими в болезнь, с которой сейчас нам приходится иметь дело.