Если сможешь - забудь полностью

— Полюбуйся, — развела руками женщина, обращаясь к Сергею, — обычный человек стал бы так делать? А больше половины экипажа припасаются к осмотру именно так.

Джанеры есть джанеры. И я люблю их всех такими, какие они есть: веселых, дружных, чуть небрежных к собственному здоровью и безумно влюбленных в звезды. Женщина чуть улыбнулась, закрепляя датчики на руках Аринды, — и все это сочетается с профессионализмом высочайшего класса. Правда, с возрастом, приобретая опыт в полетах, некоторые становятся серьезными, но, отнюдь, не все, — глянула на Сергея, — я тебя не утомила?

— Нет, конечно, — встрепенулся он, — мне очень интересно, я же почти ничего о вас не знаю!

— Хорошо, — продолжила женщина. — Но джанеры — это не только романтика дальних странствий. Одно дело летать с айдером за поясом и ловить на себе восторженные взгляды мальчишек, другое — это и серьезные ограничения, которые накладываются на обладателя такой профессии. Джанер — это даже не призвание, а образ жизни, и не каждому жителю Даярды под силу иметь вместо дома каюту звездолета, спускаться на планету лишь во время нечастых отпусков, ведь полет может длиться несколько лет. И джанер, если не находит себе пару среди членов экипажа, обычно остается одиноким на всю жизнь. Мне повезло, мы с Зенднором летаем вместе, но так везет не всем. Редко кто соглашается большую часть жизни сиротливо ждать своего супруга на Даярде, не имея права даже родить от него ребенка.

— Но почему? — Сергей вскинул на собеседницу удивленный взгляд.

Она горько улыбнулась в ответ, ненадолго оторвавшись от компьютера.

— Мы джанеры, Сергей. У нас нет права заводить детей.

— Но это жестоко!

— Это справедливо. У джанера, будь то мужчина или женщина, никогда не бывает здоровых детей. Сказываются обычные наши сверхперегрузки при разгонах и торможениях, скачки через гиперпространство, почти постоянное облучение и болезни других цивилизаций. У джанеров насыщенная событиями, но, отнюдь не долгая жизнь. Конечно, есть и альтернатива. Можно бросить все, прожив на Даярде 10 лет, не поднимаясь даже на орбиту, и уже после этого, пройдя обследование, заводить ребенка. Так редко, но бывает. А обычно, наши дети — вот такая зеленая молодежь. — Женщина кивнула на Аринду. — Они приходят в экипаж, дополняя разрушенные пары, или образуют новые. О, это нужно видеть, Сергей, когда они, только что, закончив учебу, ступают на борт звездолета на правах членов экипажа, имея на груди новейший значок джанера, а за плечами единственный недалекий стажерский полет. — И повернулась к Аринде, которая тщетно пыталась сдержать улыбку, — смейся, смейся, это пока и тебя касается. Они бывают так уверены в себе, зная абсолютно все на свете, и обладают бесшабашной смелостью, сначала делая что-либо, а уже потом думая о последствиях. И мы, старшее поколение, любим их, как своих детей, и терять молодежь бывает безумно больно. Перед этим вылетом их было на «Аргоне» пятеро, сейчас осталось только трое. Очень редко мы возвращаемся без потерь.

Она вздохнула, отпуская Аринду.

— Благодари своего гостя, только из-за него я тебя не оставляю в медблоке, но тобой еще нужно серьезно заниматься. — И поинтересовалась- Куда вы теперь?

— Походим немножко по «Аргону». Тардель сменится, и полетим собирать наших. А заодно завезем его домой.

— Ну что ж, землянин, — Денира обратилась к Сергею немножко официально, — давай прощаться здесь. У нас не принято устраивать торжественных проводов, — и она, положив руки ему на плечи, по-матерински ласково посмотрела в лицо. — Если не попадешь в катастрофу, то тебе обеспечена долгая жизнь. Прощай.

— До свиданья. — Немного смущенно прошептал парень.

За очередной дверью стоял полумрак. Все освещение шло от приборов панели управления, перед которой два пилотских кресла, вдоль задней стены еще 6. Здесь корабль словно открывался перед космосом, такое обилие звезд смотрело на пилотов, управляющих «Аргоном». Сергей замер, притаив дыхание: и прямо, и слева, и справа — всюду звезды. Почти вплотную справа проплыла Луна, огромная, щербатая и неживая, а слева, почти внизу — Земля.

— Черт, она на самом деле голубая!

Тардель, оторвавшись от пульта управления, приветствовал гостей взмахом руки. Сидевший справа от него пилот тоже оглянулся, что-то сказал напарнику, вскочил, и, бросившись к Аринде, подхватил ее на руки и закружил. Девушка обняла его за шею. Сергей сник. Он понял, что оказался третьим лишним. Опустив, наконец, Аринду на пол, парень подошел к Сергею, и он узнал молоденького десантника с того снимка. Они были примерно одного роста, только хозяин шире в плечах.

— Спасибо тебе за Аринду. Если бы не ты…

А Сергей и вовсе не нашел слов для ответа. Они целую минуту стояли молча, глядя друг на друга, пока Гадар, извинившись, не пошел к своему месту.

— Вы всегда управляете вручную? — спросил Сергей, подходя поближе к пульту. Аринда вновь стала гидом. Она стояла у кресла своего парня, держа руку у него на плече: