– Каким делом? Вы имеете в виду вступить в интимную связь, или у вас были какие-либо ещё дела? – не выдержал адвокат.
«Да какие у них вообще могут быть общие дела!» Это всё попахивает абсурдом.
– Сексом! Девочка изголодалась по сексу! Трахаться хотела! Что тут непонятного?!
Бурная речь Холла вызвала в моём теле новый прилив адреналина, смешанный с пудовой пачкой гнева.
– Тысяча долларов, – спокойно произнес судья и ударил молотком. Так пронзительно, что у меня зазвенело в ушах.
Холл немного поник, но ухмылку с лица так и не стёр.
– Что было после? – настаивал адвокат.
– Она меня обманула! Назвала адрес, я пришёл, а меня не пустили.
Холл замолчал. А адвокат повернулся к суду и спокойно оповестил.
– С камер наружного наблюдения у подъездной части дома были изъяты материалы, а именно тот момент, когда мой подзащитный пытался пройти внутрь!
Судья в очередной раз кивнул и перевёл взгляд на подсудимого.
– Продолжайте. С этими материалами суд ознакомится в ходе обсуждения.
– Слишком она аппетитная, чтобы я просто так отпустил её. – Холл обнаглел настолько, что позволил себе всем телом повернуться в сторону Киры и подмигнуть ей. У меня невольно задрожали руки. – Я выследил эту цацу и подошёл поговорить ещё раз. Но она отвергла меня, сказала, что замужем, и я, отребье, ей не нужен, что у неё богатый муж, и терять его из-за такого как я она не собирается. Слишком не выгодно. Меркантильная дрянь!
Прокатилась новая волна удивления. А я уже перестал удивляться сообразительности этой гниды. Холл не говорил, а читал свой текст. Неужели придумал всё это за те месяца, что провёл в ожидании начала судебного процесса? Я бы даже сказал, что он отрепетировал речь. Браво, эффектно!
– Что было дальше?
– У меня как будто бы отключился мозг! Я сам не понимал, что говорил, – «в то, что у тебя отключился мозг, я охотно верю! Точнее в его полное отсутствие». – И на следующее утро я угнал крутую тачку и попытался её выследить около дома. Случайно на неё наткнулся, разогнался и протаранил её тачку!
Он говорил бессвязно. Даже не особо членораздельно, словно говоря на другом языке, и каждый раз, чтобы понять смысл сказанного, приходилось вдумываться, чего я не хотел, но мозг упрямо переваривал информацию и выдавал правильный ответ.
Янг практически победно вскинул руки и повернулся к суду.
– Ваша честь, дамы и господа. Сейчас вы стали свидетелями того, как мой подзащитный признал свою вину в том, что был раздосадованным тем фактом, что Мисс Уолтер отказала ему после того, как дала надежду. И, следовательно, под действием аффекта он совершил данное злодеяние.
Ах, вот к чему ты клонишь, что эта тварь, чуть было, не убила мою жену из-за аффекта? Сущий бред.
– И я прошу снисхождения для моего подзащитного, – спокойно сказал Янг и сел на своё место, при этом переглянувшись с Холлом.
– Суд удаляется для вынесения приговора – прошу всех встать, – убийственно спокойно и деловито сказал секретарь, и зал, повиновавшись сию же секунду, встал.
При оглашении приговора Кира ни на секунду не отпускала моей руки. Конечно же, его посадили, и надолго. В штате Массачусетс за попытку убийства светит достаточно весомый срок: насколько я знаю, он варьирует от отметки в 10 лет до отметки в 20. Вынося приговор, судья напрочь отсёк мольбы адвоката прислушаться к тому, что Холл был в состояние аффекта на момент совершения преступления. Судья, так же как и я, счёл, что наказание должно быть не менее суровым, чем сам поступок, и со всеми вытекающими Холл получил 16 лет строгого режима.
Я искренне уповаю на то, что высшие силы не выпустят оттуда этого, на тот момент, дряхлого старикашку для того, чтобы тот продолжил портить жизнь окружающим. На тот момент мне будет уже 40, и я приложу все свои силы для того, чтобы он не смог жить на этом свете. Если не жить, то существованием его жизнь будет назвать сложно… Так как я искренне верю в то, что такие люди не испытают на себе чувство вины или призрачного раскаяния. Хотя… кого я обманываю, я сделаю это не из чувства справедливости, а скорее наоборот.
Кира рядом со мной заметно расслабилась – не думаю, что это было злорадство, скорее облегчение. Или даже уверенность в том, что он в ближайшие 16 лет не встретится с ней даже взглядом.
Холл после оглашения приговора явно побледнел и, бросив злобный взгляд, во всеуслышание завопил. Это был настоящий истерический вопль человека, который обречён.
– Ты всё равно сдохнешь, сучка! И я спляшу на твоей могиле! – он протянул руку сквозь решётку и сжал кисть в подобии удушающего приёма. – Знай это, мразь!
Кира явно покачнулась, и я каким-то чудом удержал её в объятиях. Это было больше похоже на обморок. В тот момент я испугался и совершенно забыл про всё ещё кричащего Холла, которого выводят под конвоем.
Где-то на заднем фоне я слышал его вопли, но с каждой секундой они удалялись и удалялись и вскоре канули в бездну, именуемую тишиной.
