— Хотите кое-что покажу? — весело, с какой-то заговорщицкой интонаций, обратился Сережа к гостье.
— Что ты хочешь показать? — Инге показалось, что в голосе Чаркова прозвучало беспокойство, и она поспешно согласилась: «Хочу!»
— Идите сюда!
Чарков последовал за ними, что-то ворча себе под нос.
Сережа пропустил гостью в темную ванную и зажег свет.
Инга едва не вскрикнула. Сколько еще сюрпризов ждет ее в квартире Љ 13?
Девушка ожидала увидеть все, что угодно, даже гремучую змею. К змеям она начала понемногу привыкать. Да, пожалуй, больше всего, гремучую змею. Но то, что увидела Инга, почему-то удивило ее. Ванна кишела декоративными крысами. Инга никогда не боялась крыс, хотя и особой симпатии к ним не испытывала, но столько серых хвостатых перепуганных существ сразу!
— Мы ими удавов кормим, — с веселым и важным видом экскурсовода сообщил мальчик.
Сережа взял одну крысу на ладонь, поглаживая, отнес в комнату.
— Это Жора, — представил мальчик.
— Грызун-производитель, — пояснил Чарков.
Удав равнодушно смотрел на крысу.
— Он сыт? — показал Сережа взглядом на удава.
— Утром кормил.
— Вот видите, — не упустил Чарков момент напомнить о своем бедственном положении, — во что мне обходится содержать змей. Крысы дорого стоят. Я даже не могу позволить себе поклеить новые обои. А вы еще хотите, чтобы я бесплатно тратил свое время.
— Мы же договорились, — неожиданно для самой себя Инга повувствовала что-то похожее на жалость к Чаркову.
— Хорошо, сначала деньги, а потом интервью.
Инга открыла сумочку, вручила Чаркову обещанную сотку, и, уже почти не испытывая страха, уселась рядом с констриктором. Снава нажала кнопку на диктофоне.
— Когда у вас появилась первая змея? — начала она с не вызывающих подозрения вопросов.
— В школе. У меня разболелся молочный зуб, и я сказал маме, что соглашусь вырвать его, только если она разрешит мне завести ужа. Правда, потом я его отпустил. Я считаю, что дома надо держать экзотических змей и насекомых, а лягушки, ящерицы и ужи лучше пусть живут в естественной среде.
— А первая экзотическая змея когда у вас появилась?
— Уже после армии. В детстве я увидел в журнале boa constrictor ortoni и с тех пор загорелся идеей завести удава.
— И когда ваша мечта осуществилась?
— Уже после армии, — умильно улыбнулся Чарков и хвастливо добавил. — Первого удава я купил, можно сказать, незаконно.
— Как это незаконно? — удивилась Инга.
Чарков неопределенно улыбнулся.
— В те годы частным лицам не продавали удавов — только организациям. Но я уговорил одного своего друга — у него жена работала в доме пионеров. Она купила удава как будто для живого уголка, а на самом деле — для меня. В живом уголке он побыл всего пару недель.
— А сколько змей было у вас сразу — самое большее?
— Недавно было восемь, — нахмурился Чаркин.
Инга постаралась придать своему голосу незаинтересованность.
— Восемь? Одну змею убил… тот пьяница, а другая?
— А другую у меня купил один парень из Москвы.
— Удава?
— Да. Констриктора.
— Папа, у нас же еще «гремучка» была!
От Инги не скрылось, как недовольно Чарков посмотрел на сына.
— Гремучая змея? — притворилась Инга удивленной и тут же отметила про себя, что, пожалуй, вышло как-то уж слишком восторженно. К счастью для Инги, Чарков не был Станиславским и принял наигранный восторг журналистки за чистую монету.
— Тогда у меня не было Chondropython viri — dis. Так что все равно было восемь.
Со стороны выглядело так, как будто Чарков в чем-то оправдывается. Но — в чем?
Инге ничего не оставалось делать, как продолжать играть роль наивной начинающей журналистки, которая страсть как интересуется змеями.
— Но гремучие змеи… Они же ядовитые!
— Это была очень старая змея. У нее уже не было яда. Мне ее привез один мой знакомый из Ла-Плата.
— А где же она сейчас?
— Уползла.
— Тоже по водосточной трубе?
— Может быть. Просто исчезла.
— Как жалко! А давно?
— Недавно.
— Как жалко! — повторила Инга.
Чаркову, явно, не доставляло удовольствия говорить о гремучей змее, хотя о всех других своих экзотах он говорил с видимым удовольствием.
— Вы только ничего не пишите о гремучей змее, — насупившись, потребовал Чарков. — А то, сами знаете, народ у нас какой. Ничего не понимают в змеях. Если гремучая — значит, ядовитая. Меня соседи итак задергали. У одного ребенок маленький, у другого — кошечка. А спрашивается, что им могут сделать мои змеи?
— А где вы купили остальных змей?
Экран диктофона погас, как всегда, некстати. Инга покопалась в сумке, но ручки в ней не оказалось. — Надо же, забыла авторучку. У вас случайно не найдется?
— Никаких ручек на вас не напасешься, — добродушно ворча, Чарков извлек из ящика стола шариковую пластмассовую авторучку.
— Где вы купили остальных змей? — повторила Инга.
— Удавов у нас в зоомагазине, а этих красавиц, — Чарков обвел взглядом комнату, — в частных террариумах в Москве и в Воронеже.
