— Доброе утро! — мужчина тут же покинул водительское сидение.
— Доброе… — удивлённо произнесла Неверова. — Вы что же, здесь ночевали?
— Лиля, поверьте, я готов к такому подвигу, но сейчас вынужден с горечью признать, что приехал два часа назад и ждал вас. — тоном раскаивающегося в совершении преступления ответил Пантелеев.
— Так рано? — снова удивилась девушка, взглянув на часы.
— Я же не знал, когда именно вы выйдете, а упустить боялся.
— Если честно, я думала увидеть вас вечером.
— Да я вдруг решил: чего тянуть? Особенно, если хочется повидать самую прекрасную девушку в моей жизни. Нельзя же отказать себе в таком удовольствии! — игривым тоном объяснил Глеб.
— Ах, ну в таком случае… Конечно не стоит. — подражая ему, ответила Лиля. — Это весомый аргумент. — и она улыбнулась.
— Тогда поехали?
— В академию ещё рановато. — напомнила ему девушка, зная, что на машине они там окажутся задолго до начала работы учебного заведения.
— А я знаю. У нас есть немного времени до начала вашего рабочего дня. Не будем терять его зря. — и Пантелеев распахнул перед ней дверь пассажирского сидения, приглашая сесть и отправиться в путь.
Они провели целый час на Марсовом поле, где мужчина устроил мини-бранч с кофе, печеньем, круассанами и фруктами, а затем проводил Лилю в академию.
А вечером вновь была прогулка по старинным улицам Санкт-Петербурга, его набережным, мостам и проспектам. Глеб как и обещал, честно отвечал Лиле на любые вопросы о своей жизни.
— Кем вы работаете? — первым делом полюбопытствовала девушка, когда они шли по Екатерининскому скверу.
— У нас с небезызвестным вам Акимом Красновым своя строительная фирма. Мы кампаньоны, равноправные владельцы. Создали и подняли бизнес с нуля семь лет назад. Пока успешно трудимся.
— А по образованию вы архитектор?
— Как вы догадались? — поразился её интуиции бизнесмен.
— Не знаю. Как-то это первое в голову пришло.
— Да, мы оба закончили Московский архитектурный институт.
— А почему решили учиться на архитектора? — допытывалась Неверова.
— Папа был архитектором, я с детства впитывал эту атмосферу… Чертежи, расчёты, проекты… Дико было интересно. Папа меня часто брал к себе на работу, я чуть ли не рос у него в отделе, в Архитектурно-планировочном управлении. Мама всегда ворчала, что ребёнок мол, не как все, кто во дворе ошивается, играет, бегает… А сидит в отделе на стуле и взирает на всякие кульманы*, линейки, карандаши и фанатиков, увлечённых своим делом. Зато, мне нравилось. Папа рассказывал историю строительства Москвы, мы много гуляли… Я все закоулочки и дома знаю, каждый уголок. Кто, что, когда спроектировал, какие стили. Могу, например, рассказать про то, какой была Москва начала 19-го века до нашествия Наполеона, устроившего пожары. Как и про то, какой она стала уже в конце 19-го века, когда Лужники были отданы под фабрики, а склады начали строить на Зубовском бульваре по проекту Стасова — типичный образчик классической архитектуры, но без привычных нам колонн. Не знаю, по-моему, это очень интересно.
— Ну а почему потом не стали работать архитектором? Папа, наверное, был бы рад.
— Отношения с папой вскоре испортились, потому что он ушёл в другую семью. Я был в 9 классе. Подростковый возраст, гормоны работают на пределе возможностей, мир разделён на чёрное и белое, ни о каком понимании речи не шло. Я не мог видеть, как плачет мать. А потом он умер. Инсульт и моментальная смерть. Так что, отец не дождался моего поступления в архитектурный. А архитектором я проработал несколько лет после выпуска в одной крупной фирме, пока мы с Акимом не решились на своё дело. — рассказал Глеб.
— Архитектурное бюро не думали открыть? — тут же спросила Неверова.
— Думали. Но там много нюансов, дольше пришлось бы работать на своё имя, так сказать. Поэтому, строительную фирму открыть было проще и раскрутиться быстрее. Хотя сейчас мы уже приобрели довольно большую значимость на рынке. Считаемся одной из ведущих компаний. — не без гордости заметил мужчина.
— А ваша мама, она… — девушка замялась. — Вышла замуж потом?
— Нет, мама счастливой без отца уже не сумела быть. Так и осталась одна. Любит повторять, что я главный мужчина в её судьбе.
— Она не спрашивает, почему главный мужчина в её судьбе до сих пор не привёл даму сердца? — усмехнулась Лилия.
— Уже нет. Раньше попытки были, но они не увенчались успехом.
— Не было достойных кандидатур?
— До сегодняшнего дня не было. — игриво ответил Пантелеев. Потом, помолчав с минуту, добавил уже серьёзнее: — Отношения были и довольно много девушек, скрывать не буду. Просто не встречал ту, с которой захотелось бы остановиться. Всё как-то бежал вперёд, нёсся сломя голову и ни разу не возникло чувства, что вот с этой женщиной я мог бы забыть обо всём и не испытывать желания рваться куда-то.
Возникла многозначительная пауза. Глеб ждал каких-то слов или вопросов на этот счёт от Лили, но она молчала.
— А как давно вы знакомы с Акимом? — вдруг перевела тему девушка, понимая, что где-то за пределами темы отношений, куда она неосторожно зашла, находится совсем иная грань.
