Я невольно приподнялась на локте и изумленно уставилась… нет, не на мужа, во тьму. А когда вызванная шоком немота прошла, выдохнула:
— Не поклонник? А разве у мужчин такое бывает?
Собеседник неожиданно рассмеялся, и это в какой-то степени добило.
— Что? — вновь выдохнула я.
— Извини, Эсми. Просто пошлость на ум пришла.
Я нахмурилась и изумление немного подрастеряла. И тут же парировала:
— Тамир, я не монашка. Скажи.
— Да просто за день на службе так натра… — он все-таки осекся. Но через миг продолжил: — Что никакого секса не хочется.
Я аргумент оценила — увы, моя работа из той же серии. Причем временами можно сказать и жестче, но…
— Ясно, — пробормотала я и легла обратно.
Что ж, если Тамир — не поклонник, мне же лучше. Меньше мороки, если что.
Утро нового дня началось со стресса. Но причиной тому не завтрак в кругу семьи и даже не враждебные взгляды свекрови, а Тамир. Просто муж, невзирая на период пусть условного, но все же медового месяца, собрался на службу.
— У нас четыре группы диверсантов, — мягко, с заметным сожалением, пояснил он.
Я вздохнула и отпустила. Могла расспросить об этих диверсантах — кто, почему, зачем? — но была слишком занята собственными мыслями. Сегодня я намеревалась все же созвониться с Лейлой, а потом заняться поиском помещения для студии. И последнее столько дополнительных моментов вскрывало…
Тот факт, что на Риторе музыка, подобная моей, не в почете, — это мелочь, это ничего не значит. Главное — она не запрещена, а остальное — так. То есть сам факт организации здесь студии был вполне возможен, проблем не ожидалось. А вот дальше…
Мой личный продюсер Лейла — девушка свободная. Она не раз плакалась, что очень не против обзавестись «постоянной личной жизнью», но увы. До этого момента я подруге сочувствовала, а сейчас, наоборот, порадовалась — ведь Лейлу на Занрисе ничто не держит, она может перебраться на Ритору хоть сейчас.
Зато с остальной командой все было сложнее. У большинства имелись семьи, и это, разумеется, влияло. Я понятия не имела, как члены команды отреагируют на предложение о переезде, и пыталась прикинуть — кого, в случае чего, смогу заменить.
Сам момент замены тоже некоторую панику вызывал, и вопрос был не только в сплоченности, просто… это Ритора! Тут предпочитают принципиально другую музыку, и индустрия, как я поняла, не очень-то развита. То есть сложности с подбором кадров возникнут непременно.
А еще вопрос размещения людей. Вопрос надбавок, которые в этом случае неизбежны. Ну и самое в действительности важное — старт записи нового альбома. До плановой даты, конечно, далеко, но у нас есть все шансы график сорвать.
Впрочем, нет. Не у нас. Ведь это не команда, это я все переиграла.
Едва Тамир покинул апартаменты, я направилась в его кабинет. Просто заниматься столь глобальным поиском с планшета было неудобно, я собиралась воспользоваться стационарной системой.
И — да, учитывая обстановку в доме, покидать комнаты не собиралась! Одного не учла — леди эр Руз имела иные планы…
Как только я успела отыскать базу коммерческой недвижимости и ввести необходимые параметры, на пороге кабинета возникла горничная и сообщила:
— Леди Эсми, леди Дилара приглашает вас на чай.
Захотелось застонать, но я, разумеется, сдержалась. Более того — одарила горничную улыбкой и, подумав, кивнула.
Да, встречи со свекровью действительно не жаждала, но слишком хорошо сознавала, что бегать тоже нельзя. Ведь тут как с хищником — стоит развернуться и броситься наутек, и все, ты однозначно труп. А пока стоишь лицом, шансы на выживание все-таки есть.
Именно поэтому я заблокировала стационарную систему и встала. Потом заглянула в гардеробную, чтобы подцепить туфли, и, ведомая служанкой, направилась вниз, в одну из гостиных.
Попутно поправляла прическу и платье и молчаливо молилась о том, чтобы чаепитие не затянулось. Но…
Нет, все оказалось совсем не так, как думалось. Просто Дилара была не одна, а в компании двух уже знакомых мне женщин.
— О, Эсми! — едва я переступила порог гостиной, воскликнула леди эр Руз. Тут же поднялась из кресла и, сияя подчеркнуто-радостной улыбкой, продолжила: — Позволь представить тебе моих сестер!
Леди Арая и леди Сацалия, в отличие от Дилары, прямолинейностью не отличались. Обе улыбались гораздо мягче, великолепно изображая искренность.
Пришлось ответить тем же — в смысле, напрячься и в который раз за последние сутки вспомнить учителя по актерскому мастерству. Клянусь, если бы он меня сейчас видел, он бы гордился.
— Рада знакомству, — после того как свекровь представила своих сестер, сказала я и изящно опустилась в оставленное для меня кресло.
И протянутую Сацалией чашку приняла. Только почти сразу вернула чашку на низкий столик, вокруг которого новоявленные родственницы, а вместе с ними и я, расселись.
Потом расслабленно откинулась на спинку кресла и одарила собравшихся новым доброжелательным взглядом. А через миг, когда горничная нас покинула, удостоилась первого комплимента.
— Эсми, ты такая хорошенькая, — сказала Арая. — Гораздо лучше, чем на фото и на экране.
