Дженк ушел из клиники доктора Кенана под утро следующего того дня, когда его доставили туда с побережья. Спасибо старому другу семьи, он не подвел, сказал Недиму все, как попросил Дженк, и теперь тот уверен, что брату осталось недолго. На самом деле, Дженк и сам не знал, что его ждет, дорога предстояла долгая и полная неизвестности. Но он пройдет по ней до конца!
В автобусе, в котором он путешествовал вместе с Умутом, сейчас мужчина приехал на скалу один. Оставив документы и телефон, положил змея, которого смастерил во время поездки, на видное место, а на него — флешку с видео. Оглядев все в последний раз, Дженк вышел на воздух и, встав на краю скалы, подставил лицо прохладному ветру, закрыл глаза и раскинул руки, как будто хотел полететь.
«Если бы она любила меня я бы летал, летал».
Столько всего свалилось сразу. Его голова просто не могла все это переварить. Агях, Шениз, Джерен, Умут — все перемешалось, и картинки пережитого вставали в воспаленном мозгу какими-то кусками, несвязанными друг с другом. Как все могло так случиться? Почему? Кто в ответе за все это? Столько вопросов осталось висеть в воздухе. Что это — судьба или чья-то злая воля? Сейчас Дженк не мог во всем разобраться. Позже. Был момент, когда он и правда хотел отказаться от всего, просто бросить и уйти. Головные боли, ставшие частыми гостями, последнее время мучили его просто невыносимо. Когда врач сказал, что у него опухоль, ему показалось, что это и есть его наказание за все грехи. Смерть будто подошла и улыбнулась ему. Но Джемре… Он говорил Недиму, что никогда от нее не откажется, до последнего вздоха. И вот, ирония судьбы, последний вздох, возможно, не за горами, а гораздо ближе, чем Дженк ожидал. И что же? Оставить все Недиму? Перед глазами встало лицо кузена, ах да, брата, самодовольное и лицемерное. Ему вспомнились его слова: «Все мое! Я заслужил! Даже твоя жена — моя». Жуткая нестерпимая боль снова током пробила насквозь, лицо перекосила судорога.
Целый день пролетел незаметно, уже смеркалось, а Дженк все стоял возле обрыва, глядя на бьющиеся о скалы волны под ногами и предаваясь горьким мыслям. Ветер, налетающий холодными порывами, приносил вместе с солеными брызгами морской воды, обдававшими лицо и тело, некоторое облегчение его измученной душе. Ветер. Ветер Дженка Карачая еще не стих. Сейчас он стал слабым, словно легкое дуновение, но придет время и этот ветер превратится в ураган. Глядя на кроваво-красное солнце, клонящееся к закату, Дженк вновь вдохнул соленый морской воздух полной грудью.
Почти совсем стемнело. Одинокий мужчина на скале, окинув взглядом пустой скалистый берег и темный автобус, не торопясь стал спускаться по узкой тропинке к морю. Когда он подошел к воде, ночь окутала все вокруг своей непроглядной темнотой, и только далекая луна освещала водную гладь, оставляя на ней серебристую дорожку. Небольшая моторная лодка стояла на причале возле берега.
— Господин Дженк? — Загорелый до черноты парень лет двадцати пяти улыбнулся ему и призывно помахал рукой.
— Да, это я.
— А я жду вас. Синьор Дарио дал мне указание перевезти вас в Грецию.
Дженк запрыгнул в моторку, и через несколько минут они пришвартовались к ожидавшей своего пассажира яхте.
— Господин, это вам, — парень протянул Дженку конверт.
— Когда мы будем на месте?
— Завтра. Синьор будет ждать вас там.
Молодой капитан встал за штурвал своего судна, и яхта тронулась в путь. Дженку не захотелось спускаться в каюту, усевшись на лавку палубы, он не спеша вскрыл конверт, вытряхнул содержимое. Внутри оказались паспорт и телефон. Прочитав имя рядом со своей фотографией, хмыкнул:
— «Керем Кайя». Как ты не оригинален. Банально, Дарио.
На следующий день яхта добралась до маленького портового городишки на побережье Греции. Границу пересекли без проблем. На пирсе Дженка уже ожидала машина. Усевшись на заднее сидение, он усмехнулся. «Сицилийская мафия может все», — пришли на ум любимые слова друга.
Так и было. Дарио Гравиано, как единственный отпрыск одного известного сицилийского бизнесмена легально получил в наследство от своего отца компанию по производству вина в Марсале и отельный бизнес, но, будучи сицилийцем, как не раз говорил его товарищ, невозможно оставаться в стороне от мафии. Даже Дженка, своего лучшего друга, Дарио не посвящал в то, чем на самом деле занималась его семья, хотя не скрывал, что это связано с криминалом. Из-за убийства отца Дар так и не закончил университет. После его отъезда из Америки они с Дженком не встречались и редко перезванивались, но никогда не теряли друг друга из виду.
