Подумав о Джемре, мужчина передернул плечами, будто ему стало зябко. Снова, как раньше, возникла какая-то дрожь в руках и ногах и чувство беспокойства зашевелилось в душе. «Как она отнесется к тому, что Дженка больше нет? Как удачно сложилось, что братец пустил себе пулю в голову. Теперь не нужно объяснять, почему я никому не сказал о болезни».
Недим угрюмо смотрел в стол, не отрываясь и думая только о том, что не хочет, чтобы Джемре присутствовала на похоронах. Пусть ее там не будет! Злость вернется, если он увидит, как она плачет над гробом, и он может не сдержаться. Недим не желал смотреть на слезы Джемре, пролитые по Дженку. Он решил отправится в Антакью после похорон и прихватить с собой Умута. Ему во что бы то ни стало надо вернуть Джемре сюда, в Стамбул. «Если просто отвезти и показать видео-прощание Дженка, пожалуй, она может не поехать. Умут — мой главный козырь перед Джемре». — размышлял он. Недим скрестил руки на столе и ехидно ухмыльнулся — Дженк и здесь все сделал за него. Вспомнилась просьба Дженка из видео о том, что им с Джемре нужно дать его сыну семью.
«Спасибо, Дженк! Ты такой заботливый отец», — произнес он мысленно и добавил уже вслух:
— У твоего сына будет семья, дорогой брат!
***
Джемре, сидя возле распахнутого настежь окна в своей спальне нового дома в Антакье, любовалась закатом. Сколько дней уже прошло, как они вернулись сюда? Всего несколько? Или, может, уже много?
Каждый вечер она усаживалась и часами смотрела на заходящее солнце, постепенно опускающееся за деревья. Наблюдала как последние лучики медленно тухнут и на городок спускается темнота. День уходит и на его место приходит ночь. Сколько раз уже это было?Джемре сбилась со счета. Да и какая разница? После всего, что случилось, не имело значения сколько времени прошло. Дни, похожие один на другой как две капли воды проходили в каких-то делах, хотя вечером она не могла вспомнить чем занималась днем. Пора взять себя в руки! Нужно продолжать двигаться вперед. Это нужно ей…
Джемре понимала, что нужно найти работу и собиралась снова пойти в местную больницу, где работала раньше, но откладывала каждый день. Петь ей почему-то больше не хотелось. Необходимо найти возможность зарабатывать, а что она еще умела, кроме как ухаживать за больными?
«Прощай, медсестра», — слова Дженка больно отозвались в ее сердце.
Ее мысли витали где-то далеко. Там, где Умут. А может, где Дженк? Нет! Она не будет думать о Дженке. Не хочет. Будет гнать из головы любую мысль о нем. Он решил начать новую жизнь со своим сыном. Без нее. Даже ни разу не позвонил, а сама она не решалась набрать номер, лишь то и дело заглядывала в телефон. Что она там хотела увидеть? Он же должен позвонить, хотя бы для того, чтобы сказать, как поживает племянник. Интересно, они еще в путешествии или уже вернулись? И Дамла тоже не звонит. А Недим ничего не говорит о нем.
Как он?
Ведь он приедет когда-нибудь, чтобы привезти Умута к бабушке и тете?
Из раскрытого окна подул ветер, выводя девушку из задумчивости. Неожиданно налетел сильный порыв, раскачивая ветки деревьев в саду, которые в свете уходящего солнца рисовали на стене дома причудливые тени.
Ветер.
Дженк был ее ветром. Вроде бы он рядом, но удержать его в руках никак не получалось. Ветер мог быть теплым и ласковым ветерком, который легко обдувал лицо и тело, будто лаская. Но, как только Джемре начинала привыкать к теплу, резко менял свое направление и становился холодным, колючим северным ветром, от которого пробирала дрожь. Или превращался в бушующий ураган, сметающем все на своем пути… Прямо как Дженк…
Девушка встала и закрыв глаза подставила лицо ветру.
«Дженк, где ты? Что ты делаешь? Приезжай, я скучаю… Я жду тебя».
========== Глава 5. Планы ==========
Блистательный Дарио Гравиано красив, словно голливудский актер, умен и проницателен, имеет в этой жизни все, о чем другие могли бы только мечтать — деньги, любовь женщин, уважение мужчин. Но его жизнь не была усыпана розами, как могло бы показаться с первого взгляда.
Отец Дарио поднялся с самых низов, пройдя дорогу от обычного мелкого воришки до падрито. Дона Марко Гравиано уважали и боялись, завидовали и ненавидели. На пути к славе и деньгам не бывает все чисто и гладко, не обойтись без потерь и жертв. Когда Дарио было всего пять лет, на их виллу напали. Мать убили в перестрелке на глазах у мальчика, а отец получил ранение и исчез на несколько лет, будто сквозь землю провалился. Близкий друг семьи скрывал Дарио и его старшую сестру в Швейцарии.
