– Мне и без Гауди начальница говорит, что мои работы на выставку отправлять можно.
– Вот видишь, еще один человек считает, что ты талантище.
– Не знаю, Саша. Я переговорю с начальницей, но ничего пока не обещаю. Скорее всего, до Нового года она меня не отпустит, поэтому увидимся только в январе.
– Как же долго еще до января. Уууу, – заканючил Александр, – Может, попробуешь все-таки в конце декабря вырваться сюда?
– Нет, вряд ли. Ко мне еще и мама приезжает на следующей неделе. Будет гостить до января.
– Жаль. Очень и очень жаль, – Александр задумался и вдруг неожиданно предложил, – Ну, тогда я к тебе в Киров на Новый год приеду!?
Катя не сразу отреагировала на предложение Бурашева. Помолчала мгновение, а потом без энтузиазма ответила:
– Конечно, если хочешь, то приезжай. Но только я не готова пока тебя маме представить. И не смогу поздно вечером с тобой встречаться. Мама у меня консервативных взглядов, сильно расстроится, если заподозрит, что ее дочка до замужества с кем-то ночами гуляет.
– Как все сложно в этом мире. И мама, и работа мешают нам быть вместе, – с отчаянием сказал Саша, – Увольняйся тогда, солнце, и перебирайся насовсем в Москву.
Бурашев выждал паузу, посмотрел внимательно на девушку. Та промолчала. Однако Саше показалось, что его предложения с ходу не отвергают. Тогда он продолжил уговаривать её переехать в столицу.
– Я планирую здесь еще, как минимум, побыть два года. Тебе работать не обязательно, я смогу прокормить нас обоих и достойно тебя обеспечивать. Если пожелаешь, то я сниму двухкомнатную квартиру, и мы будем жить в разных комнатах. При этом обещаю вечерами к тебе не приставать.
Катя пристально, задумчиво посмотрела в глаза Бурашеву и медленно ответила:
– Неа. Гражданский брак не для меня, Саша.
– А кто сказал, что это будет гражданский? Намерения у меня самые, что ни на есть серьезные, – произнес Александр, посмотрел в глаза девушки и тихо добавил, – Я ведь тебя люблю. Выходи за меня замуж, Катя.
Катя чуть покраснела, засмущалась, опустила вниз глаза, потом грустно посмотрела на Бурашева и сказала:
– Я подумаю, Саша. Но сейчас не представляю, как с тобой жить в одной квартире. Потому что я не в состоянии себя пересилить и тебя близко подпустить. Ты не обижайся на меня и прости, если сможешь за это. Вы с Иваном меня от смерти спасли, а я так неблагодарно поступаю. Я же вижу, что ты переживаешь. Но не могу с собой ничего поделать. Понимаю, что ты меня никогда не обидишь, но как только о тебе начинаю думать, то сразу возникают в глазах те подонки, их ужасные лица, грязные руки. Они же меня только физически не изнасиловали. Не успели. А в душу очень сильно наплевали. До сих пор забыть своего унижения и страха не могу. Поэтому сторонюсь не только тебя, но и Ивана, потому что вы все это видели. И ту девушку на квартире тоже часто вспоминаю. Какой кошмар! Я же могла быть вместо нее! Мне плохо становится от этих воспоминаний, и голова начинает болеть.
– Да, я все прекрасно понимаю, Катя. Но, уверен, что мужчин ты бояться через какое-то время перестанешь. Остается только большой вопрос – подпустишь ли так близко к себе меня, как было раньше?
– Я тоже не знаю ответа на этот вопрос, – тихо ответила Катя, закрыла глаза и приложила ладонь ко лбу.
– Тебе плохо? – спросил Александр, увидав, что девушка побледнела.
– Нет. Все нормально, – ответила она, опустила руку на стол, взяла бокал, пригубила вина. Затем повернулась к окну и взглянула на заснеженную стоянку.
Бурашев тоже выпил вина и посмотрел на улицу.
Возникла непродолжительная пауза, по истечению которой Катя виновато посмотрела на Александра и произнесла:
– Ладно, я пойду в номер. Завтра рано вставать, а я еще вещи не собрала. Ты меня не провожай. И еще раз прости меня за всё.
– Да, все нормально, Катя. Не за что мне тебя прощать. Не переживай. Может быть, тебе помочь со сборами? – с надеждой на продление встречи, спросил Бурашев. Ему очень не хотелось расставаться.
– Нет, не надо. Ты езжай домой отдыхать. Тебе же завтра еще раньше вставать, чем мне.
– Тогда – до завтра, любимая.
– До завтра, Саша, – она медленно встала, взяла из вазы цветы и элегантно пошла в холл гостиницы.
Александр проводил ее печальным взглядом, глубоко вздохнул, залпом допил вино и жестом попросил официанта подать счет.
На следующий день, после того как Иван и Александр посадили девушек в поезд, Бурашев признался другу, что сделал Катерине предложение.
– И как это прошло? – сразу оживился Иван, – С букетом цветов, стоя на одном колене?
– К сожалению, не совсем так, – ответил Бурашев, – Надо было, конечно, сделать предложение в романтической обстановке, подготовиться к нему. Но вчера вышло как-то само собой. Просто я понял в ресторане, что если не сделаю предложение сейчас, то мы расстанемся с Катей навсегда. Она уедет, и мы никогда больше не будем ближе, чем в эти дни. Я почувствовал, Ваня, что теряю ее.
– Может быть, у нее кто-нибудь появился в Кирове?
