Маклин погонял остатки кофе по дну чашки, покосился на кофейник. Хорошо бы получить добавку. То ли кофе на самом деле был хорош, то ли инспектору требовалось взбодриться, чтобы совладать с неловкостью. Да, это вопрос. Почему ему так неловко рядом с этим человеком? Наверняка дело не в уродстве. Спенсер вел себя идеально: старый друг семьи, поддерживающий скорбящего. И все же Маклин нутром чуял — тут что-то не так.
— Собственно, это подводит нас к следующему вопросу, — заговорил Спенсер. — Вы не хотели бы работать на меня?
Маклин чуть не выронил чашку.
— Что?
— Я серьезно. В полиции вы даром тратите силы и вряд ли пробьетесь наверх. Умением лавировать и плести интриги вы не обладаете…
Маклин кивнул, не зная, что сказать. Кажется, не он один здесь играет роль детектива.
— Ну, а мне это безразлично. Меня интересуют только личные способности. Возьмем, скажем, Джетро — такого громилу на работу взять побоятся, да и слова ему не даются. Однако он умнее, чем выглядит, и прекрасно справляется с поручениями. По слухам, вы тоже великолепный сотрудник, Тони. Мне пригодился бы человек с вашими способностями и с вашей подготовкой.
— Я даже не знаю, что сказать.
Разве только что Ворчун Боб его убьет, если он подаст в отставку? Да как ему это пришло в голову? Работа следователя ему всегда нравилась. Правда, должность инспектора не так прекрасна, как представлялось в бытность сержантом. Случаются дни, когда дерьмо льет на голову сплошным потоком. Хорошо бы найти такую профессию, которая бы позволяла с гордостью взглянуть на свои достижения. Сейчас Маклину едва хватало времени перевести дыхание, прежде чем снова нырнуть с головой в дерьмо.
— Мне нужен человек, который умеет отслеживать проблемы, — продолжил Спенсер. — Наша организация действует в международном масштабе, и порой нужен человек со стороны, который сможет указать на слабые места, поможет расшевелить дело. Особенно если прибыли падают.
— Звучит… интересно.
— Вы подумайте, ладно? — Спенсер снова улыбнулся, и в его изуродованном лице Маклину померещилось что-то знакомое. Темные глаза казались еще глубже в окружении розовых и белых шрамов. Что за катастрофа так его обезобразила? И каково будет работать на такого человека? Впрочем, обдумать предложение не повредит. Соглашаться-то ведь он не намерен.
— Хорошо, Гэвин, я подумаю.
«Альфа-ромео» по-прежнему стояла в глубине каретного сарая, приспособленного под гараж. Маклин пришел сюда прямо от дома Гэвина Спенсера. В голове без устали шевелились мысли о странном предложении старика. Конечно, это чисто философский вопрос. Инспектор и не думал бросать службу. Однако же интересно помечтать, как он раскатывает по всему свету, разбираясь с проблемами компании «Спенсер индастриз». Правда, Маклин понятия не имел, что именно производит фирма. Смутно вспоминался только логотип на каком-то компьютерном оборудовании и обрывки информации из газет и теленовостей.
Инспектор тряхнул головой и переключился на второй вопрос, возникший после разговора. Пришлось передвинуть старую газонокосилку и несколько коробок, зато, когда он стащил чехол, машина вызвала в памяти множество забывшихся образов. Красный цвет был темнее, чем ему помнилось, краска блестела, как новая. Крошечные зеркала, сердцевидная решетка радиатора, блестящий хром колесных дисков, чуть попорченный солью с зимних улиц. Маклин погладил крышу, потянул дверную ручку. Машина была заперта, но ключи висели на крючке в шкафчике, привинченном к стене у двери в кладовку для инструментов.
Замок подался не сразу, заскрипел, предвещая солидный счет за ремонт, и тогда Маклин понял, что, как и бабушка, намерен поддерживать жизнь в машине, напоминающей о давно покойном отце. Как там сказал Макбрайд? «У вас, говорят, даже машины нет»? Так вот, теперь есть.
Инспектор, привыкший к безликим служебным автомобилям, любовно оглядел миниатюрные сиденья, обтянутые черной кожей. На тонкой баранке руля стальные спицы сходились к изящной ступице: дизайн тех времен, когда воздушные мешки считались фантастикой, а очередь за донорскими органами была много короче. Даже ремни безопасности считались необязательной роскошью. Так говорил ему отец, только Маклин десятилетиями не вспоминал ни его рассказов, ни загородных поездок в Скоттиш-Бордерс.
Он глубоко вдохнул полузабытый запах, вставил ключ в зажигание, повернул на один щелчок. Ничего. Ну, оно и неудивительно: автомобилем не пользовались больше двух лет. Надо будет откопать номер автомастерской в Лонхеде, где машину обслуживали. Пусть отладят, проверят тормоза, сменят покрышки и все такое. Маклин неохотно вылез из машины, накрыл ее чехлом и запер гараж.
Документы на машину нашлись в одном из картотечных шкафов. Маклин с удивлением обнаружил, что к моменту бабушкиной болезни все налоги были уплачены и страховка продлена. Интересно, продолжали ли душеприказчики выплаты? Возможно, Маклину присылали уведомления, а он, не глядя, оставлял их на потом.
