— Спасибо, — машинально ответила. Потом догадалась посмотреть в сторону нежданного собеседника. Точнее, собеседницы.
— Доброе утро, — непонятно зачем ляпнула, широко улыбаясь.
— И вам, — она села на скамейку рядом со мной и отсалютировала бумажным стаканчиком с кофе.
— Скажите, а вы всегда пьёте кофе на остановке в столь ранний час?
— А вы всегда ходите по улицам в тапочках?
— Нет, это только сегодня так получилось…
— Вот и я тоже нет.
Я задумалась.
— Глупый вопрос, — вслух призналась.
— М? — она посмотрела на меня поверх стаканчика.
— Да про кофе, — я неопределённо взмахнула рукой и сразу же вернула её на прежнее место. — Когда ещё пить кофе, как не рано утром.
— Зачем тогда спросили?
Пожала плечами:
— Наверное, чтобы разговор поддержать.
— Ну, раз уж у нас с вами разговор, то можно и поговорить о чём-нибудь, — она улыбнулась, а я могла смотреть только в её глаза. Потому что они тоже улыбались. И это показалось мне странным — как глаза могут улыбаться?
— Как глаза могут улыбаться? — решила спросить об этом её.
На этот раз она пожала плечами.
— Наверное, они и не улыбаются. Просто так кажется.
— Странно…
— Согласна, — она встала, и я вдруг испугалась — сейчас уйдёт. Но нет, всего лишь выбросила пустой стаканчик, затем снова вернулась на скамейку. Я облегчённо вздохнула.
— Я тут подумала, ну, что вы сейчас собрались уходить.
— Я никуда не спешу, — опасная пауза. — Но если мешаю, то могу уйти.
— Не надо, — поспешно и как-то чересчур громко сказала, затем, как будто исправляясь, тише добавила:
— Пожалуйста. Мне бы не хотелось остаться тут одной.
— Знаете, — она повернулась ко мне в пол-оборота, окинула взглядом, смягчив его нежной улыбкой, — вы поразительно прямолинейны.
— Это как? — Я не удержалась и склонила голову набок, хотя давно пыталась отучиться от этой привычки. Ну, не нравилось мне это в других людях.
— То есть, что думаете, то и говорите.
— Значит, каждый раз, когда я молчу, то ничего не думаю?
— Не совсем. Когда вы молчите, я надеюсь, тоже думаете, — ирония спасёт мир.
Я замолчала. В голове мелькнула какая-та мысль, и небольшим усилием воли с моей стороны она обрела форму вопроса:
— Скажите, а как вы думаете? Ну, вот мысль… она у вас в виде картинки, либо как фраза… что-то я сама запуталась…
На этот раз задумалась она, а я всё пыталась найти более точную формулировку.
— Знаете, мне всегда казалось, что люди думают на нескольких уровнях. Первый уровень, — я внимательно слушала её, — он лежит на самой поверхности сознания. Именно там мысль думается словами, которые чётко пропечатываются в сознании.
— Как будто про себя говоришь? — уточнила.
— Именно, — она кивнула. — Второй уровень — это что-то более абстрактное. На нём мысли проносятся очень быстро, мелькают, будто неснятое кино. В то время как на первом они медленно проговариваются.
— А дальше?
— Дальше уже идут картинки, — на её губах скользнула улыбка. — Но, конечно, деление на уровни условно. Зачастую все слои перемешиваются, и возникает ужасный бардак в голове. И, если ответить на ваш вопрос, то я думаю именно этим бардаком в голове.
— Забавно… Тогда получается, что чтение мыслей на самом-то деле бред.
— Выходит, что да. Бред.
— Тогда почему в книгах часто пишут про чтение мыслей?
— В книгах можно. Главное, грамотно написать об этом, чтобы чтение мыслей не казалось надуманным бредом.
Мы замолчали. Я — потому, что вспомнила мигающий курсор на экране, она — не знаю. И, как это часто со мной бывает, мысль резко изменила направление и, повинуясь непонятной логике, возникла в виде вопроса, который поневоле прозвучал вслух:
— Вы не хотели бы со мной встречаться? — естественно, что я тут же покраснела и принялась мысленно ругать себя последними словами.
К моему облегчению, она улыбнулась:
— Встречаться каждое утро на этой скамейке? — и склонила голову чуть влево, повторив мою привычку. Странно, но я совершенно не почувствовала раздражения по этому поводу. Любовалась.
— Нет, — я поняла, что ещё пара мгновений и вообще сказать ничего не смогу из-за смущения, поэтому быстро и немного скомкано уточнила:
— Вы согласитесь быть моей девушкой?
Напряжённое молчание.
— Всё-таки вы чрезмерно прямолинейны, — она с улыбкой покачала головой.
Я же решила, что это отказ. И где-то внутри меня образовалась пустота. И дикое желание, чтобы она согласилась. Похоже, что я в очередной раз бездарно влюбилась. Привычное состояние, от которого можно получить море удовольствие, только если при этом не впадать в тоску и гнать печаль из сердца поганой метлой. В конце концов, влюблённость — это всегда что-то новое.
Погрузившись в свои мысли, я не заметила, что рассвет давно наступил, по улицам спешат по делам люди, машины потоком носятся по дорогам, обещая всем в час пик образовать пробку на два часа… И совершенно пропустила момент, когда она встала и подошла ко мне.
Я подняла глаза.
— Для начала, — она наклонилась и мимолётно коснулась губами моего лба, затем отстранившись с улыбкой, — можно было бы и на «ты» перейти.
— Можно, — естественное, что я с радостью согласилась.
— И кстати, — она взяла мою руку, — ты замёрзла.
