Возникновение эстетического отношения человека к действительности во всех его формах — от эстетической деятельности до эстетического созерцания, — безусловно, связано с необходимостью удовлетворения реальной потребности, природу которой возможно установить лишь при рассмотрении деятельности человека в процессе его взаимодействия со средой, ее отражения я творчества нового.
Согласно марксистско-ленинской теории познания, процесс отражения действительности как в практической, так и в духовно-теоретической деятельности имеет две взаимосвязанные и взаимообусловленные стороны — психическую и материальную. Психическое при этом обусловливается способам и характером взаимодействия двух материальных систем — человека как биосоциального существа и природно-общественной среды. Отсюда психическое в человеке является результатом его практической деятельности и предпосылкой для дальнейшего взаимодействия со средой в целях удовлетворения потребностей.
Эти общефилософские, методологические положения теории отражения конкретизируются в системном подходе, который установил ряд важных положений, являющихся объективными характеристиками для всяких систем, в том числе и для такой сложной, какой является человек.
Важнейшим методологическим принципом системного исследования является рассмотрение всякой сложной системы в ее диалектическом взаимодействии со средой, ибо
Таким образом, каждая сложная самоуправляемая система, какой является каждый живой организм, связана со средой и генетически, и функционально.
Все эти общие положения системного подхода справедливы и для человека, как биосоциального существа.
Еще И. П. Павлов установил, что «грандиозная сложность высших, как и низших, организмов остается существовать как целое только до тех пор, пока все ее составляющее тонко и точно связано, уравновешено между собой и окружающими условиями»[27].
Но и у динамической системы исключительной сложности (отдельный человек или общество в целом) гомеостазис принимает особый характер и вовсе не сводится к сохранению простого равновесия со средой. Против такого представления о деятельности человека справедливо возражают некоторые философы, считая, что механически трактуемый гомеостазис не может объяснить такие сферы психической деятельности, как игра, научное исследование и вообще творчество и т. д.
Некоторые ученые гомеостазис трактуют весьма широко, и такое толкование вполне применимо для характеристики всей человеческой деятельности и познания. Например, И. Земан считает, что «познание является орудием для более совершенного гомеостазиса, для достижения уравновешивания между человеком и природой… Уравновешивание здесь надо понимать не как пассивное приспособление к природе, а как активный процесс практического преобразования ее»[28]. При этом необходимо отметить, что взаимодействие ультрасложной системы со средой все более и более опосредуется взаимодействием ее внутренних структур. Поэтому чем сложнее система, тем меньше ее поведение жестко детерминируется не посредственными внешними причинами, и у нее появляется внутренняя спонтанная или не мотивированная непосредственно внешними воздействиями активность, которая по отношению к этим последним и кажется неутилитарной, но на самом деле с такой же необходимостью является детерминированной внутренними потребностями организма.
Вообще определение утилитарности и неутилитарности действий такой сложной системы, какой является человек, не может быть общим, а должно быть дифференцированным в соответствии со всеми его подсистемами. Например, по отношению к биологическим потребностям духовные запросы человека являются относительно неутилитарными.
