Сегодня на нем лазурные джинсы, местами потертые до белизны, голубая футболка и светлый пиджак. Кремовый, вот совпадение. Элегантные кроссовки, на вид такие, что цену страшно представить, тоже светлые, без единого пятнышка. Словно переобулся в вагоне, специально, чтоб девушку поразить.
Я всмотрелась в книгу в руке. Что он там читал, прислоняясь к дверям? Мураками. Кафка на пляже, с ума сойти! Причем русский перевод, не китайский!
Он заметил внимание к книге, протянул, с опаской, как дикому зверю. Подманивает? На кис-кис берет?
– Китаец, а читаете японского автора, – наконец-то прорезался голос, да и разум вдруг подключился к сети, вот уж достижение века!
– Я знаю японский и люблю Мураками, – поделился новостью азиат, радуясь осознанным фразам. – В данном случае пытаюсь понять, как ваш непростой язык справляется с мировоззрением Азии. Пока у вас мало или нет переводов моих фаворитов в китайской прозе. Изучаю на примере Японии.
– Это про парня, что говорил с котами? – похвалилась я интеллектом. – А еще там была мелодия, открывшая проход в загадочный мир.
Я чуть было не ляпнула про мир «изнаночный», но вовремя спохватилась. Не хватало проколоться на втором свидании!
– У Мураками музыкальные книги. Он меломан и знает толк в магии, свойственной семи нотам. Говорят, у него сорок тысяч пластинок, сумасшедшая коллекция винила! И каждое утро перед работой он проделывает простой ритуал: ставит пластинку и слушает, наполняется музыкой до краев, потом начинает писать. Перекладывает ноты в буквенную запись, создавая персонажей и диалоги. Когда читаю, я слышу музыку, даже в переводе на ваш язык, пусть он и сглаживает массу аллюзий, понятных жителю Азии.
Мы уже не стояли на месте, а медленно шли к эскалатору, рассуждая о музыке, литературе, о качестве переводов. Потом ехали вверх на лестнице, я на две ступеньки выше Китайца, чтоб удобнее было общаться и смотреть друг другу в глаза.
Лишь на улице, при свете дня, когда мы перебрали музыкальные темы в творчестве Мураками, Китаец спохватился, сделал руки кольцом, как в дорамах про мир уся, и торжественно поклонился:
– Я не представился при первой встрече. Юэ Лун, вечный студент.
Я старательно скопировала поклон, так все-таки лучше, чем русский с замахом и до матушки сырой земли. Особенно если ты не в кокошнике и без расшитого сарафана.
– Аля С… – я осеклась. После прочитанного в дневнике не хотелось носить эту фамилию! Придется наведаться в паспортный стол: – Аля Вознесенская, к вашим услугам.
– Аля, – Юэ Лун пропел мое имя, катая на языке. – Как это красиво: а-ля. Есть созвучие с французским, и с нотой «ля», которая вам очень подходит. Вы знаете, в китайском префикс «а» означает… С чем бы сравнить на русском? Уменьшительно-ласкательное значение, чуть сложнее по смыслу, но пока пусть так.
– Аля – и так уменьшительное, – меня позабавил анализ фонетики. – Полное имя – Алёна. С греческого – солнечная, сияющая.
– Еще красивее, – улыбнулся Китаец.
И я не стала с ним спорить.
– А что означает ваше имя? – покончив с официальной частью, мы, не сговариваясь, пошли в обход здания МГУ, любуясь видами на высотку.
Китаец рассмеялся и потряс головой:
– Не подумайте, что я хвастаюсь, Аля, но и мне досталось хорошее имя. Юэ – пишется как «луна», или, если по-русски, «лунный», потому что в китайской традиции сначала идет фамилия. Ну а Лун – «дракон», разумеется.
Я замерла в удивлении: еще один дракон, перебор для Москвы, понаехали, понимаешь. Хоть не черный, и на этом спасибо!
Юэ Лун меня понял по-своему:
– Это тоже традиция, Аля. Все в Китае мечтают быть карпами, что прыгнут в ворота дракона. Символ мистики и счастливой судьбы. Может, поэтому мне нравятся книги, в которых происходят странные вещи за пределами зримого мира? Вот, например, Мураками. Он филигранно сплетает миры. Вам не нравятся драконы? Но почему? В России ведь был Змей Горыныч…
– Давно вы прилетели в Москву?
– Уже больше года. А это важно? Я ведь признался, что вечный студент, – Юэ Лун непонимающе хмурился: – Этот Юэ обучался в Гарварде, в Оксфорде. Вот, поступил в МГУ. Люблю учиться и путешествовать!
– Вы правда студент? – я округлила глаза, пытаясь сгладить неловкость.
– Считайте меня коллекционером дипломов, – снова расслабился Юэ Лун, выдавая очередную улыбку, добавлявшую солнца и зноя чудесному майскому утру.
– В России – вообще не проблема. Закажите на сайте, стоит недорого. Зачем тратить время на корочки?
– На корочки? – не понял Китаец.
И я полчаса объясняла наивному китайскому парню, что образование в России ничего не значит, а диплом, как правило, никому не нужен. Важны только знания и умения, а каким образом ты их получил – это твое личное дело. Поэтому дипломы народ покупает, просто, как сувенир, чтобы похвастаться перед друзьями.
Юэ Лун не одобрил, но промолчал. Неужели реально фанатик учебы? Встречались мне раньше всякие б
Какое-то время бродили молча. Потом Юэ Лун спохватился:
– А зачем вы приехали в универ? Да еще со скрипкой? Работать?