Я уставился на него и сказал: «Погодите, это - правда? То есть существует часть нашего мозга, которая диктует, сколько людей мы можем вытерпеть прежде, чем начнем действовать как придурки?»
— Мои поздравления, теперь вы знаете причину, почему мир - такой какой он есть. Понимаете, все, что мы делаем, требует сотрудничества в группах, более многочисленных, чем сто пятьдесят. Правительства. Корпорации. Общество в целом. И мы физически неспособны к обработке этой информации. Поэтому каждую секунду мы пытаемся разделить всех людей на две группы - тех, кто находится в сфере сочувствия и тех, кто снаружи. Черный против белого, либерал против консерватора, мусульманин против христианина, фанат Лэйкерс против фаната Селтикс. С нами - или против нас. Зараженный против здорового.
— Мы упрощаем личности десятков миллионов людей до стереотипов, так, чтобы они занимали место всего одного человека в наших ограниченных доступных слотах памяти. И значит - те, кто не принадлежит к нашему кругу сочувствия - не люди. У нас нет возможности признать их людьми. Именно по этому вы чувствуете себя гораздо хуже если ваша девушка порежет палец, чем от новости о землетрясении в Афганистане, убившем сто тысяч человек. Именно это делает возможным геноцид. Именно это позволяет генеральному директору выбрать стратегию развития, которая отравит реку в Малайзии и породит десять тысяч изуродованных младенцев. Из-за этого ограничения аппаратного обеспечения нашего мозга эти малайцы, с тем же успехом, могли быть муравьями.
Я уставился на толпу снаружи и потер лоб. «Или монстрами.»
— Теперь вы понимаете. Точно так же толпа там не видит в нас людей. Потом остальная часть страны не увидит людей в этом городе. Потом остальная часть мира не увидит ни одного человека в этой стране. Паранойя, вырвется наружу и захватит всю планету. Эта зараза, этот паразит, который убивает человеческую сущность своего хозяина, но при этом совершенно не обнаружим, она отлично сработана, чтобы сыграть на этом фундаментальном недостатке нашего мозга. Это и станет настоящей болезнью.
Маркони выбил пепел из трубки в судно и вытащил мешочек с табаком.
— Что возвращает нас к Вавилонской башне. Человеческой цивилизации было предначертано быть уничтоженной этой ограниченной способностью сотрудничать. В какой-то момент, определяемый как числом населения нашей планеты, так и массой других факторов, мы уничтожим сами себя. Это - Вавилонский порог. Точка, в которой истощение всех разновидностей человеческого сопереживания достигнет критической отметки.»
— И вы думаете, что Их план, начавшийся с меня, находящего гигантского паука-пришельца в своей кровати, состоит в том чтобы вызвать эти события.
Он кивнул. «Способность паразита никак себя не проявлять, и то что зараженные не проявляют абсолютно никаких симптомов - это... совершенство. Каждый может быть заражен, в любой момент, в любой точке земного шара. И если вы хотите увидеть, на что похоже будущее на планете Земля - просто посмотрите в окно."
Я нашел стул и обрушился на него. Позади меня раздался резкий стук в дверь.
— Это было довольно долго, доктор, - произнес Оуэн с той стороны двери.
— Еще пять минут ничего изменят, мистер Барбер.
Понизив голос, я сказал, «Подождите, вы написали об этом книгу до того как это произошло? Черт, почему вы не посылали экземпляр мне?"
— Вам не нужна книга, чтобы увидеть как оно надвигается. Никому вообще она не нужна. Это - то, что Они строили с той поры, как началась цивилизация, ускоряясь с приближением, как последние песчинки, падающие в песочных часах. Посмотрите на современные детские игры. Среднестатистический ребенок убил десять тысяч человек на экране к тому времени, когда он идет в среднюю школу. С каждым нажатием кнопки джойстика закрепляя урок: образ в прицеле оружия - не человек. И когда новость об инфекции распространились, как мир немедленно окрестил зараженных?»
— Зомби.
— Точно. Самое прекрасное создание нашей культуры - враг, убивая которого вы остаетесь абсолютно нравственно не запятнаны убийством, ведь он уже мертв. Вы просто делаете им одолжение, разбивая их черепа. Мы, как вид, так хорошо были на это настроены, что Им нужен был только крошечный толчок, чтобы запустить цепную реакцию. На самом деле это произошло быстрее, чем я ожидал, но...
И он пожал плечами, закуривая свою трубку, как бы сказав: "Ну не могу же я быть прав каждый раз.»
— Ну, вам потребовалось много времени, чтобы сказать то, о чем я уже отчасти догадывался. Мы попали. Я имею в виду... для ясности, мы поддерживаем бомбардировку, так? Это - единственный способ удовлетворить паранойю - позволить им разнести здесь все и показать это в прямом эфире по ТВ, пока толпа будет ликовать снаружи, - сказал я.
Маркони пыхтел своей трубкой и смотрел в окно.
