Закон больших чисел гласит, что, хотя одиночные случайные события полностью непредсказуемы, достаточно большая выборка этих событий может быть весьма предсказуемой – и чем больше выборка, тем точнее предсказание.
Другой мощный математический инструмент – центральные предельные теоремы – также показывает, что сумма достаточно большого количества случайных величин будет иметь распределение, близкое к нормальному. С помощью этих инструментов мы можем довольно точно предсказывать события в долгосрочной перспективе независимо от того, насколько хаотичными, странными и случайными они будут в краткосрочном плане.
Правила случайности настолько мощны, что легли в основу самых незыблемых и неизменных законов физики. Хотя атомы в емкости с газом движутся хаотично, их общее поведение описывается простым набором уравнений. Даже законы термодинамики исходят из предсказуемости большого количества случайных событий; эти законы непоколебимы именно из-за того, что случайность столь абсолютна.
Парадоксально, что именно непредсказуемость случайных событий дает нам возможность делать самые надежные наши предсказания.
КЛИФФОРД ПИКОВЕР
Писатель, ответственный редактор журнала
Знаменитый канадский врач Уильям Ослер однажды написал: «В науке заслуга принадлежит тому, кто убедил мир, а не тому, кто первым сделал открытие». Изучая научные и математические открытия в ретроспективе, мы часто обнаруживаем, что если какой-то ученый не сделал того или иного открытия, то его обязательно сделают другие ученые, причем в течение нескольких месяцев или лет. Как говорил Ньютон, «если я видел дальше других, то это потому, что я стоял на плечах гигантов». Часто несколько человек почти одновременно изобретают, по сути дела, один и тот же прибор или открывают один и тот же научный закон, но по разным причинам, включая чистую случайность, история запоминает лишь одного из них.
В 1858 году немецкие математики Август Мебиус и Иоганн Бенедикт Листинг одновременно и независимо друг от друга открыли то, что будет названо лентой Мебиуса. Исаак Ньютон и Готфрид Вильгельм Лейбниц приблизительно в одно и то же время независимо друг от друга разработали дифференциальное и интегральное исчисление. Британские натуралисты Чарльз Дарвин и Альфред Рассел Уоллес одновременно и независимо разработали теорию эволюции и естественного отбора. А венгерский математик Янош Бойяи и русский математик Николай Лобачевский, похоже, одновременно и независимо друг от друга разработали гиперболическую геометрию.
История технологий переполнена такого рода одновременными открытиями. Например, в 1886 году американец Чарльз Мартин Холл и француз Поль Эру одновременно и независимо друг от друга открыли способ получения алюминия путем электролиза. Этот недорогой способ оказал огромный эффект на развитие промышленности. Количество знаний, накопленных человечеством к тому времени, было таково, что подобные открытия просто «висели в воздухе». С другой стороны, мистически настроенные наблюдатели предполагают, что в таких случайных совпадениях должен быть заложен какой-то более глубокий смысл. Как писал австрийский биолог Пауль Каммерер: «Мы приходим к образу мировой мозаики или космического калейдоскопа, который, несмотря на постоянные перемешивания и реорганизацию, заботится о том, чтобы сводить подобное с подобным». Каммерер сравнивал события в нашем мире с верхушками океанских волн, которые кажутся отдельными и независимыми. Согласно его противоречивой теории, мы замечаем лишь верхушки волн, но, возможно, под поверхностью океана существует какой-то синхронизирующий механизм, который волшебным образом соединяет и объединяет все происходящее в мире.
Нам не хочется верить в то, что великие прозрения – лишь часть некоего «калейдоскопа открытий» и что блестящие идеи одновременно вспыхивают в головах нескольких людей. Но в качестве дополнительных примеров можно привести несколько независимых открытий солнечных пятен в 1611 году – хотя сегодня эту заслугу в основном приписывают Галилею. Александер Грэм Белл и Элиша Грэй в один и тот же день подали патентную заявку на технологию телефонной связи. Как отметил социолог Роберт Мертон: «Гений – не единственный источник прозрения; он лишь наиболее эффективный источник прозрения».
Далее Мертон предположил, что «все научные открытия в принципе являются множественными». Другими словами, любое открытие делают сразу несколько ученых. Иногда открытие называют в честь того, кто его развил и сделал известным, а не именем первооткрывателя.
