Возьмем, например, внешнюю привлекательность. Когда мы смотрим на лицо человека, то сразу чувствуем, насколько оно привлекательно. Впечатление обычно располагается где-то в диапазоне от «очень привлекательно» до «так себе». Под этим впечатлением вы можете писать стихи, испытывать отвращение или совершать какие-нибудь безумства. Разумеется, это впечатление оказывает влияние на выбор партнера. Исследования в области эволюционной психологии показывают, что чувство привлекательности руководит адаптивным поведением. Выбор партнера – это поведение, а исходное ощущение привлекательности – это адаптивный проводник, потому что это ощущение увеличивает вероятность того, что брак с этим партнером позволит завести здоровое потомство.
Так же как красный цвет иконки не указывает истинный цвет файла, сексуальность сама по себе не синоним истинной привлекательности: файлы не имеют цвета, а лицо не имеет такого качества, как привлекательность. Цвет иконки – это искусственное соглашение, по которому цвет может указывать на различные аспекты полезности файла. Впечатление привлекательности есть результат столь же искусственного соглашения, «привлекательность» свидетельствует об эволюционной полезности партнера.
Понять природу нашего сенсорного опыта помогает феномен синестезии. Он заключается в том, что у некоторых людей определенные сигналы (например, звуки), которые обычно воспринимаются одним органом чувств, одновременно вызывают ощущения другого порядка (например, зрительные). Когда человек с цвето-звуковой синестезией слышит звук, он одновременно видит цвета (или какие-либо простые фигуры). Один и тот же звук сопровождается одними и теми же цветами и фигурами. Люди с осязательновкусовой синестезией испытывают осязательные ощущения, когда чувствуют вкус. При этом определенный вкус всегда сопровождается одним и тем же ощущением прикосновения. У разных людей с цвето-звуковой синестезией звуки и цвета связаны по-разному. В этом смысле связи являются условными соглашениями. Теперь представьте, что человек с цвето-звуковой синестезией перестал слышать звуки и воспринимает лишь их «цвет». То, что все мы воспринимаем как звуки, такой человек будет воспринимать как цвета. В принципе, он по-прежнему может получать всю акустическую информацию, только теперь в цветовом, а не звуковом формате.
Все это связано с концепцией сенсорного рабочего стола. Наш сенсорный опыт – зрение, слух, вкус и осязание – можно представить себе в виде сенсорного рабочего стола, который совершенствуется в ходе эволюции – но не для того, чтобы сообщать нам объективную истину, а чтобы направлять наше адаптивное поведение. Поэтому к сенсорному опыту следует относиться серьезно. Если что-то плохо пахнет, то, пожалуй, есть это не стоит. Если звук напоминает трещотку гремучей змеи, лучше отойти подальше. Наш сенсорный опыт формировался в ходе естественного отбора, чтобы направлять наше адаптивное поведение.
К сенсорному опыту следует относиться серьезно, но не надо воспринимать его буквально. Здесь снова поможет концепция сенсорного рабочего стола. Мы относимся к иконкам на графическом рабочем столе серьезно; например, мы не перетаскиваем иконку в корзину бездумно – так можно ненароком удалить ценный файл. Но мы не воспринимаем цвет, форму или расположение иконок буквально. Эти признаки не провозглашают истин, они просто облегчают нам работу.
Сенсорный рабочий стол различается у разных видов живых существ. Лицо, ради которого люди совершают безумства, вряд ли вдохновит макаку. Тухлое мясо, которое мне отвратительно, гриф сочтет деликатесом. Мое вкусовое восприятие управляет моим поведением; если я поем тухлого мяса, то отравлюсь. Но и вкусовой опыт грифа управляет его поведением – ведь падаль для него основной источник пищи.
Эволюция и естественный отбор во многом сводятся к борьбе между конкурирующими сенсорными рабочими столами. Мимикрия и камуфляж эксплуатируют ограниченность сенсорных рабочих столов хищников и жертв. Мутации, изменяющие рабочий стол таким образом, чтобы преодолеть эти ограничения, получают эволюционное преимущество. Этот цикл эксплуатации и усовершенствования рабочего стола лежит в основе эволюции.
Концепция сенсорного рабочего стола может научить каждого из нас правильно относиться к своему собственному восприятию. Мы часто думаем, что мир хотя бы отчасти похож на то, каким мы его видим. Мы полагаем, что наше восприятие пространства, времени и различных вещей является объективной истиной или, как минимум, очень похоже на нее. Концепция сенсорного рабочего стола требует пересмотра этого представления. Она высвобождает наше воображение из тисков сенсорного опыта. Пространство, время и предметы – это лишь иконки сенсорного рабочего стола
БАРРИ СМИТ
