Вернувшись в гостиницу, добытчики застали Ишву в окружении пяти небольших, но упитанных мешков с едой.
- Вернулись, наконец, - возмутился маг. - Два часа жду! Когда выходим?
- Перекусим на дорожку, и вперед, - распорядился Калеб.
Так и поступили. Крепко подкрепившись, они похватали сумки и направились к конюшням, где недовольный Уфин лично вывел оседланных коней и крепенького мула темно-каштановой окраски.
Таким образом, ближе к полудню наши путешественники выехали из Уска через западные ворота и, по западному же тракту, отправились в сторону Курты. Собственно, этот путь связывал несколько мелких городов и множество поселений, являясь основным торговым трактом Унсы. По расчетам Калеба выходило, что Свистящее Ущелье лежало примерно в семидесяти пяти милях к западу от Уска. Еще прежде они должны миновать пару небольших деревень и крупный город Улен (да-да, у жителей Унсы фетиш на названия с буквой «у» в начале), где можно переночевать или пополнить запасы.
Пару часов ехали молча, но потом Ариэль не выдержал. Поравнявшись с отцом Клаудием, он некоторое время наблюдал за спокойным лицом жреца, затем спросил:
- Скажи-ка мне, старик, а ты вообще встречал когда-нибудь духа, которому поклоняешься?
Отец Клаудий некоторое время молчал, затем задумчиво пожевал губами.
- Я не поклоняюсь, а чту его кодекс и заветы. И да, однажды мне довелось увидеть духа во сне.
- И как же он выглядит? - заинтересовался Феоктист Двенадцатый.
- Огромный, покрытый слизистыми выделениями, с металлическими шипами на теле. Они не просто украшают его, но являются живыми. Дух может выпускать шипы, таким образом он и наблюдает за внешним миром, не имея возможности лично оказаться на поверхности.
- Какая пакость, - скривился Ариэль. - И в чем же его привлекательность, раз ты так почитаешь этого духа?
- Он символизирует жизнь, - просто ответил отец Клаудий. Эльф хмыкнул.
- Может быть, дух тебе и про смысл жизни рассказал?
- Пока еще нет, - пожал плечами жрец. - Но у меня и свои размышления имеются.
- Поделись, же, - рассмеялся Ариэль.
- Мы созданы, чтобы узреть великого духа подземных вод, ощутить его мысли, чувства и осмыслить заветы. Он властвует над водой, вода повсюду - в земле, в воздухе, в животных и в растениях, и даже в нас. Весь мир - вода.
Отец Клаудий замолчал. Феоктист Двенадцатый разочарованно шмыгнул носом.
- И это все?
- Что еще ты хочешь услышать? - не понял жрец. Эльф раздраженно фыркнул.
- Глупый старик! И дух твой тоже глуп! Смысл жизни - в бесконечном цикле страданий и усиления. Мы рождаемся слабыми, способными лишь сделать вдох и закричать. После, в процессе развития, наши тела обретают силу и мощь, а разум становится сложнее, запутаннее. Но этого все равно недостаточно. Мы падаем, ломаемся, страдаем от встречи с сильным врагом, но все равно поднимаемся, чтобы стать сильнее, переступить через себя и сокрушить неприятеля. И все это повторяется снова и снова до тех пор, пока не достигнем вершины эволюции.
Ариэль замолчал, шумно дыша и пытаясь успокоиться.
- Это порочный круг, - мягко заметил отец Клаудий. - Рано или поздно, из него нужно выбраться, чтобы увидеть реальный мир. Он не так плох, каким ты его мыслишь.
Калеб не вмешивался в этот разговор, но сделал для себя некоторые выводы. Похоже, Ариэлю пришлось несладко, и глубоко в его душе сидит обида на весь мир. Нужно постепенно выжечь ее оттуда, изменить эльфа. С другой стороны, если он сам не захочет меняться, никто и никогда не сможет помочь.
Вечерело, когда гном скомандовал привал. Они уже миновали несколько деревень, различимых в стороне от тракта, но не останавливались, проехали мимо. Теперь день клонился к закату, и нужно было устраиваться на ночлег.
Первым делом Ишва и Калеб принялись устанавливать палатку, в то время как Ариэль довольно ловко управился с лошадьми, задав им и мулу корма и привязав к деревцу в сторонке от лагеря. Отец Клаудий расчистил место для костра и притащил откуда-то из леса поваленное дерево. Подстелив шерстяное одеяло, он уселся и глубокомысленно уставился перед собой.
- Так что, отче, вы считаете, что ваша вера в духа куда важнее общих религий? - управившись с палаткой, к нему подошел Ишва.
- Истинно так, сын мой. Религия развращает разум, делает людей слабыми и покорными, готовыми принимать все таким, как скажут священнослужители. Я же не служу никому, лишь чту кодекс и заветы, и стараюсь следовать принципам, там описанным.
- Разве это не то же самое, чем занимаются прихожане Единого? - удивился маг. Отец Клаудий усмехнулся.
- Давай-ка я тебе расскажу побольше о Едином, сынок, сам для себя решишь, стоит ли он поклонения или нет.
Предчувствуя очередной теологический диспут, Калеб ткнул подошедшего Ариэля в бок.
- Идем, соберем веток для костра.
Эльф не стал противиться, и они вместе скрылись в лесной чаще, не отходя, впрочем, далеко от лагеря.
