- Ааа! Проклятье! - заорал охотник, стуча кулаками по башке твари, но бесполезно. Калеб сунул нож в чехол, выхватил молот. В десяток шагов оказался рядом с врагом, замахнулся - Нагибатор с упоением припечатал тварь по голове! Кровь брызнула во все стороны, противник зашатался, заревел от боли, но не выпустил Ханса, и тогда гном ударил еще. И еще. До тех пор, пока башка монстра не разлетелась кровавыми ошметками.
Очухавшийся жрец засеменил к раненому охотнику, вдвоем с Калебом помогли ему выбраться из-под туши.
- Сможешь излечить его, отче? - Калеб оттирал припасенной тряпочкой кровь с Нагибатора.
- Не вижу особых сложностей, - мягко улыбнулся отец Клаудий. Сбоку на голове у него назревала большущая шишка.
Раздался громкий всхлип. Гном с изумлением увидел в глазах охотника слезы.
- Ты чего? Так больно?
Ханс помотал головой, сплюнул кровавый сгусток. Сзади подошли Ишва с Ариэлем.
- Это был мой брат, - негромко произнес охотник. Калеб ощутил, как волосы на затылке зашевелились от напряжения.
- С этого места поподробней, пожалуйста.
Отец Клаудий водил мягко сияющими светло-синим ладонями над плечом Ханса, а тот рассказывал свою историю.
Жили-были два брата. Жили они со своими любимыми родителями - мамой-стряпухой и отцом-рыбаком. Не знали горя братья, с самого детства помогали родителям и соседям, были умными и послушными. Деревушка их недалеко от Улена, так что, в награду за усердие отец часто брал сыновей с собой, посмотреть на большой город, себя показать. Но однажды, когда мальчишки уже достаточно выросли, в селении появилась молодая красавица, сразу привлекшая внимание Франса - младшего брата охотника.
Юноша увязался за девчонкой, принялся неловко ухаживать, дарить цветы, таскать ягоду из леса и всячески пытаться привлечь внимание, благо, девушка приехала к знакомой погостить на несколько дней. Все бы ничего, но молодуха отказала юноше, и тот, обиженный, подкараулил ее на речке, во время вечернего купания. Испугавшаяся и смущенная девица сильно разозлилась, когда Франс попытался ее поцеловать. Отвесив ему хлесткую пощечину, девушка пробормотала какую-то фразу, после чего, наутро, покинула деревню.
Через трое суток Франс, почувствовав начавшиеся изменения, убежал в лес, а оттуда, через пару дней, в Свистящее Ущелье. Ханс последовал за братом, построил дом, принялся бродить по округе, справляться у ведунов, как можно излечить парня. Но все они сходились в одном: неопытная колдунья наложила конечное проклятье, которое невозможно разомкнуть, перенаправить или уничтожить. Единственный возможный выход из ситуации - прикончить тварь, дабы облегчить страдания мятущейся души Франса.
- Благородная Дея, как жестоко... - прошептал Ишва, смахнув слезу. Отец Клаудий погасил сияние и легонько хлопнул ладонью по плечу Ханса.
- Руку сильно не беспокоить несколько дней, сама заживет.
- Идем, нужно похоронить твоего брата, - заявил Калеб. Охотник задумчиво поглядел на гнома, медленно кивнул.
Останки Франса закопали за домом, сверху посадили небольшой отросток сирени - привычный погребальный обряд Деи. Время клонилось к вечеру, и Ханс предложил путникам заночевать у него, благо дом просторный и есть, где разместиться. Калеб, недолго думая, согласился.
Утомившиеся искатели, наскоро перекусив, отправились спать, а гном с охотником сели у очага в гостиной.
Вино казалось необычайно вкусным после столь трудного и напряженного дня. Калеб задумчиво покатал жидкость на языке, после чего сглотнул. Приятно трещали дрова в очаге, пахло уютом и теплом. Гном понял, что его неудержимо клонит в сон. Что ж, возможно, не самая плохая идея...
- Простите, что использовал вас, - заговорил вдруг Ханс. Калеб встряхнулся, удивленно посмотрел на парня.
- Разве? По-моему, это мы тебя использовали.
Взгляд Ханса таил в себе тревогу и раскаяние, когда охотник невесело хмыкнул.
- Если бы. Я ведь сразу понял, кто утащил вашего приятеля. Только смолчал, понимая, что это единственный шанс убить брата. В одиночку я не справился бы, но с вами...с вами могло получиться.
- И получилось, - Калеб пожал плечами. - Не вини себя. Мы прекрасно знали, на что шли. Все же вокруг не абы что, а Свистящее Ущелье. Да и, принимая в расчет мою «удачливость», не могло это путешествие пройти спокойно. Так что, перестань страдать и расскажи-ка, лучше, про сокровища разбойничьей ватаги. Те самые, о которых так упорно судачат в тавернах.
Ханс откашлялся, пригладил растрепанные волосы и негромко фыркнул.
- Сокровища? Нет никаких сокровищ!
- Серьезно? - Калеб ощутил, как разочарование стискивает сердце, а на глаза наворачиваются слезы. - Столько усилий, и все напрасно?
- Подожди, - рассмеялся охотник. - Сокровищ нет, это верно. Но зато имеется некая гробница, в которой та самая ватага погребла давным-давно своего атамана. Понятия не имею, что там, но, возможно, найдутся ценности, которые не стыдно потом продать.
- Так все, небось, до нас растащили, - уныло отмахнулся гном.
