Вот уже почти год, как Вольтури вернулись из своего несколько неудачного похода против Олимпийского клана. Не сказать чтобы эта «неудача» как-то волновала Маркуса, ему было решительно наплевать на полувампиров как явление вообще и на ту девчушку в частности. Хуже было другое – по возвращении в Вольтерру его начало преследовать видение, своей упорностью затмившее даже образ покойной Дейдемы...
Маркус мрачным призраком бродил по коридорам замка Вольтерры. Изредка встречающиеся на его пути вампиры жались к стенам и про себя сокрушались об отсутствии у них такого полезного дара, как невидимость. Обычно погруженный в себя флегматик Маркус пребывал сейчас в весьма растрепанных чувствах и вполне мог отправить в незапланированный полет до ближайшего достаточно прочного препятствия, прецеденты были. Сам виновник этого безобразия толкнул неожиданно оказавшуюся у него на пути дверь и не менее неожиданно для себя оказался в библиотеке.
Замковая библиотека всегда вызывала у Маркуса самые теплые чувства - запах старой бумаги успокаивал, погружение в мудрость веков избавляло голову от ненужных мыслей, но в эти неспокойные для него дни даже это не спасало. Бездумно просматривая потрепанные временем корешки книг, заодно вспугнув уединившуюся парочку – нашли место! - вампир в очередной раз прокручивал в памяти вереницу лиц, пытаясь отыскать среди них нужное.
Вот уже почти год, как Вольтури вернулись из своего несколько неудачного похода против Олимпийского клана. Не сказать чтобы эта «неудача» как-то волновала Маркуса, ему было решительно наплевать на полувампиров как явление вообще и на ту девчушку в частности. Хуже было другое – по возвращении в Вольтерру его начало преследовать видение, своей упорностью затмившее даже образ покойной Дейдемы. И если к постоянно маячившему на периферии сознания светлому лику покойной супруги он еще как-то притерпелся за прошедшие века одиночества, то видение двух пылающих яростью и ненавистью черных глаз, обрамленных густыми черными ресницами, ломилось в его сознание с настойчивостью носорога, и спасения от него не находилось.
Бедный вампир уже неоднократно перебрал всех встретившихся на его жизненном пути существ, неважно, женского полу или нет – никто не подходил. А в голове у него продолжали вспышками меняться образы – то смеющиеся и горящие страстью черные глаза Дейдемы, то яростные – незнакомки, почему-то Маркус был уверен в том, что это девушка.
Аро, заинтересовавшийся неожиданно обнаружившейся раздражительностью Маркуса, после рукопожатия и некоторого раскидывания мозгами выдвинул здравое предположение, что поскольку все это началось после того злосчастного похода, то рассматриваемый временной интервал можно сильно сократить, и незнакомку стоит поискать для начала среди их противников. Все бы ничего, вот только не было ее ни среди противников, ни среди союзников, и даже никто из встретившихся по дороге людей не подходил. С каждым прошедшим днем Маркус все отчетливее понимал, что либо он все-таки спятит, либо придется ехать туда, где, по всей видимости, это началось - в Форкс.
Аро, конечно, не был в восторге от такого решения, но и ему совершенно не хотелось иметь дело со спятившим братом, поэтому с бурчанием, что «все дороги ведут в Форкс», Маркус был отпущен на все четыре стороны и на неопределенное время.
И вот, спустя переезд, перелет и перекус по дороге, вампир подъехал к дому Калленов на свежекупленной в Сиэтле машине. Карлайл с семьей, заранее предупрежденные Элис, встретили Вольтури с разной степенью настороженности. После официального знакомства со всеми членами семьи и оборотнем для полного счастья Эдвард, прихватив с собой Карлайла, решительно повел гостя подальше от дома на «поговорить». Не сказать, чтобы Маркус был против – от оборотня ужасно воняло, и это, также как и большое количество народу, деловому разговору явно не способствовало.
- Маркус, не будешь возражать, если я вкратце изложу твою проблему? – осведомился Эдвард, когда они удалились на достаточное расстояние.
Вольтури только пожал плечами, ему самому было интересно услышать, что же смог накопать в его несколько неадекватном мозгу младший Каллен.
- Итак, тебя преследует образ глаз некой девушки, причем, судя по их выражению, девушки очень тебя не любящей. Образ вполне себе реальный и детальный, к тому же знакомый и мне, значит, где-то ты ее видел. Но вспомнить не можешь, то есть ни к одному виденному тобой ранее лицу эти глаза не подходят. И еще маленькая деталь – у Элис последним связанным с тобой видением было видение о твоем приезде и нашем разговоре, дальше – пустота. Выводы? – Эдвард повернулся к отцу.
На лице Карлайла мелькнуло понимание:
- Не подходят к лицу, пропавшее будущее, и мы ее знаем…
- Угу. Что делать-то будем?
У Маркуса как будто свалилась с плеч небольшая такая планетка:
- Вы ее знаете? Где я могу ее найти? Она местная?
Каллены переглянулись, и Карлайл, тяжело вздохнув, похлопал старого знакомого по плечу:
- Мы догадываемся о ком речь, она местная, но лучше будет, если вы встретитесь сами и без нашей помощи. Последствия встречи абсолютно непредсказуемы в любом случае, но так, мне кажется, чуть больше шансов на мирный разговор, чем если мы вас друг другу представим. Остановиться можешь у нас, если тебя устроит почти постоянное пребывание в доме оборотней, да и люди иногда заглядывают. А так - в городе и отель маленький есть, и дом можно снять без особых проблем.
