- Может быть и надо так сделать, создать профилактический отдел, который бы занимался профилактикой преступлений и бытом детей.
- Есть уже при милиции детская комната, с нее толку как с козла молока, твои дети под их учет не подходят, это особая статья. Вот скажи, Федор Иванович, ты никогда не задумывался, куда тратят деньги большинство девочек?
- Наверно, на еду, шмотки, игрушки, помогают родителям...
Следователь засмеялся.
- Нет, ты плохо знаешь своих подопечных. Представь себе ситуацию, глупенькие девочки вдруг стали получать большие деньги. На это сразу обратили внимание все подонки и бандиты, которые шляются в городе. Неужели после этого они обойдут твой цех стороной? Ни за что в жизни. На школу при цехе, общежитие начали слетаться, как мухи на мед всякие твари и обволакивать несчастных в свою паутину. Появились наркотики, алкоголь, секс, рэкет. Некоторые девочки получают зарплату и тут же отдают ее сутенерам или торговцам. За те несколько лет, как образовалось это предприятие, вокруг него образовалась приличная банда, которая кормится поборами, продажей вредного зелья и даже самими девочками. Конечно, не все такие, есть девочки, которые несут деньги домой или откладывают на черный день или тратят на себя, но и эти пройти мафию не могут, отстегивают ей часть зарплаты.
- Вера погибла из-за них?
- Из-за них. Покупала наркоту для себя и своего безработного любовника, в общем доили ее все, кто мог обдурить. А тут ты ее турнул с завода, денежный источник сразу иссяк, любовник украл последнюю получку и исчез, а долги за зелье отдать не могла, вот ее и...
- Как же так, ей всего-то, почти пятнадцать и уже любовник...
- А что тут такого, считай пол школы в открытую живет с парнями.
- А вы, милиция. Привлеките некоторых из этих типов за совращение несовершеннолетних.
- Это только легко сказать. Я тебе говорю, здесь мафия, у них все схвачено, юристы, судьи, милиция. Сунься и везде получить отпор. Мы некоторых ловим, а их потом выпускают.
- Неужели наша власть никого не может защитить?
- Федор Иванович, ты где родился? Не заграницей же. Россия - это же черт знает что. Закон здесь гуляет с беззаконием. Мафия целуется с руководством города. Кругом не видимый для большинства наших граждан беспредел.
- А я сейчас хотел идти в исполком, поговорить по поводу наших детей.
- Сходи, Федор Иванович, убедись как тебя вежливо везде отошьют.
- Григорий Иванович, кто же здесь у бандитов главный, которого так все боятся...? Вы то знаете?
- Хочешь узнать? Что же я скажу. Я не знаю, фотографии или примет его не имею. Единственное, что известно, это его кличка - Мастер, а так в лицо никто его не видел...
- Кличка то какая... у меня цех полон мастеров...
- Знаю, насмешка над нами. Помощники у него отпетые уголовники - Седой и Крыса. Седой содержит весь рэкет в городе, это они обдирают твоих девчонок, а вот Крыса пострашней, этот торгует ими и поставляет зелье.
- Неужели хоть на этих то не нашлось управы.
- Не нашлось. Семь раз привлекали Крысу и семь раз его выпускали на волю... Нет доказательств.
- А в КГБ сидят тоже тихони?
- Черт его знает. Полковник Винчак хитрый мужик. Я с ним встречался несколько раз, больше молчит, ни с кем не ссорится, ни во что не лезет, но... в прошлом году куснул Седого так, что тот едва на двадцать лет не загремел. Спровоцировал с ребятами бандита драку и почти половину перестрелял. Спасло Седого то, что прокуратура потеряла на него дело...
- Не может быть?
- У нас все может быть. Но Винчака все равно никто не хочет задирать. С ним все пытаются быть лояльными. Даже невидимый Мастер.
- Как же уничтожить эту свору?
Следователь с любопытством смотрит на меня.
- По моему это не знает еще никто. Хочу сказать тебе напоследок, если заметишь, что либо подозрительное, сообщи мне.
Наступал конец разговора, я это почувствовал, потому что Григорий Иванович стал со стола убирать бумажки.
- С Корякиной дело закончил?
- Нет.
- Разве это не самоубийство?
- Есть показание твоей уборщицы...
- Но она в это время была в моем кабинете. Там ничего...
- Я тоже был и дела пока не закрываю.
- Ладно. Я тогда пойду.
- О нашем разговоре никому ни слова.
Мы крепко пожали друг другу руки.
В исполкоме, управляющие городом меня не приняли , зато пышная дама из отдела народного образования с недоумением смотрела на меня.
- Я не понимаю, причем здесь завод и почему он так активно лезет не в свои дела. Вы же относитесь к министерству обороны, вот и просите помощи у него, это более крепкая организация чем мы.
- Вопрос касается воспитания детей.
- Вы выпускаете продукцию?
- Выпускаем.
- Вот и выпускайте дальше. Учите детей работать и выполнять план. Кажется мы договорились. Не отнимайте у меня время.
Мысленно я ее отматерил вдоль и поперек.
В цеху трудится уже вторая смена. Первой встретила меня Лидия Петровна.
- Был в исполкоме, Федор Иванович?
- Был.
- Ну и... как?
- Никак. Все глухо как в танке. А у вас здесь все в порядке?
- Да вот повесили траурный плакатик с Артемовой.
- Я уже все знаю.
- Кто же ее так?
- Подонки.
- Это сказал следователь?
