Что-то здесь не стыкуется.
– А что он все-таки делал у твоего будуара?
Лорен краснеет еще гуще.
– Я предложила ему погадать на Таро. За счет заведения.
– Что-то интересное увидела?
Вдруг карты рассказали об инциденте на костре? Маловероятно, конечно, но вполне возможно, тем паче детектив занимался этим совсем недавно.
– Ханна, ты же знаешь, я не вправе обсуждать расклады клиентов.
Внешность у Лорен типично ведьминская, причем прямо до нелепого – старомодное черное платье, темные волосы куда ниже плеч, подвеска в виде пентакля размером с бейсбольный мяч, но она профессионал до мозга костей. Не наряженная регулярка, а настоящая ведьма.
Ну, почти.
По рождению Лорен не ведьма, но с полным правом именуется верховной викканской жрицей третьего уровня. Магию она осваивала более десяти лет, прошла все уровни посвящения, досконально изучила свойства трав, кристаллов, лунных фаз и других явлений природы. Теперь Лорен консультирует адептов и тех, кто приходит к ней за наставлением. По части наговоров и снадобий она сейчас как Заклинательница. Тяга к новым знаниям у нее та же.
Однако на этом сходство заканчивается. Лорен не Заклинательница. Ее магии недостает охвата, могущества, стремительности. Тем не менее дар у нее есть.
– Скажу следующее, – продолжает Лорен, глянув на дверь, дабы убедиться, что детектив Арчер не задержался в магазине, – этот человек принесет Салему пользу. – Вздох у Лорен получается негромким и мечтательным, а затем она вспоминает о моем присутствии. – Почему бы тебе не вытереть пыль с полок, пока Кэл не пришел?
– Кэл?
– Да, – кивает Лорен. – Вчера он был на собеседовании и рвался приступить к работе. Когда появится, объяснишь, что делает кассир, ладно? У меня посетители – один за другим – почти до самого вечера.
– Без проблем. – Я достаю из-под прилавка тряпку для протирания пыли и чистящий спрей, который Лорен самостоятельно готовит из воды, уксуса и лимонного масла. Уверена, для пущей верности она благословляет каждую партию при свете полной луны.
Сначала я протираю прилавок, потом верхушки зеркал и багетов, которые висят вдоль задней стены. Посетители всегда угорают над вышитой крестиком угрозой: «Украдешь – наведу порчу».
Над дверью звенит колокольчик, я перерываюсь, дабы проводить в будуар Лорен ее первого сегодняшнего клиента. Большинство постоянных покупателей наведываются в «Котел» как раз потому, что Лорен – известная гадалка на Таро, и сегодняшний клиент исключением не является. Веду коротышку в элегантном черном костюме в глубь магазина, к будуару, который начальница окуривает свечами и фимиамом. Когда возвращаюсь к прилавку, кто-то барабанит пальцами по стеклу.
– Чем могу вам помочь? – спрашиваю я, пытаясь скрыть раздражение: стекло я только что почистила.
Барабанная дробь обрывается, парень поворачивается ко мне с широкой улыбкой, которая тотчас меня умиротворяет. Он примерно моего роста, с белокурыми волосами, выбритыми на висках и длинными на макушке. На нем темные джинсы и фирменная футболка с логотипом «Котла».
– Я Кэл. Сегодня начинаю здесь работать. – В подтверждение своих слов он показывает на наши одинаковые пурпурные футболки.
– Ханна. – Пожимаю ему руку. – Лорен занята, поэтому она попросила меня ввести тебя в курс дела. – Я жестом велю Кэлу идти за прилавок. – Она дала тебе код, чтобы отмечать время прихода?
Кивнув, парень достает из заднего кармана молескиновый блокнотик, открывает его и перелистывает.
– Ага, вот он.
Вывожу на терминале регистрационную заставку и прошу Кэла вбить код.
– Ты недавно в Салеме? – спрашиваю я, когда он успешно справляется. – Раньше я тебя не видела.
– Зависит от того, что для тебя «недавно». Я только что окончил первый курс в Уинстон-Салеме. Вообще-то я из Бостона, но решил задержаться тут и подзаработать, а время есть: ведь я в экстернатуре. – Кэл показывает на кассу. – Можно попробовать?
– Да, конечно. – Вывожу на древнем терминале рабочий стол с глупой заставкой из начала двухтысячных и наблюдаю, как Кэл разыскивает регистрационную функцию. – Зачем тебе экстернатура?
– Образование – удовольствие недешевое, – отвечает Кэл, будто это самоочевидно. – Если получу диплом по компьютерным наукам за три года, то сэкономлю годичную стоимость проживания и обучения. А ты?..
– В смысле?
– Что ты изучаешь в колледже?
Щеки краснеют, но вопрос Кэла прозвучал так искренне, что позволяю себе откровенность.
– Я осенью пойду в двенадцатый класс, а Вероника уезжает в колледж. Она будет изучать журналистику в Итака-колледже в Нью-Йорке[6].
– Кто такая Вероника?
Сердце екает, когда я понимаю, что ляпнула. Мне казалось, что глупый рефлекс – бессознательная потребность «включать» Веронику в каждый эпизод своей жизни – уже исчез. Стерся. Пропал.
– Моя бывшая, – шепчу я, и внутри все сжимается в ожидании реакции Кэла. Каминг-аут – всегда нервотрепка, сколько раз его ни делай, а сейчас, после разрыва с Вероникой, к обычным переживаниям примешивается и горечь потери.
Кэл отвечает не сразу, внимательно меня разглядывая, после чего понимающе вздыхает.
