Талея тихо сползла по стене на пол от беззвучного хохота, наблюдая за тем, как совсем потерявшая от страсти голову невеста пытается стребовать того, чего ей сейчас больше всего хочется. Только отнюдь не от мужа. Решив, что нервы дороже, брюнет попросту растаял, точно морок, под издевательский хохот феи и злорадные взгляды собственной жены и Мегеры. Так славно подружки уже давно не веселились.
Лилия кинулась было на розыски пропажи, но каблучки перламутровых туфелек, видать, были категорически против такого поворота свадебного переполоха. Раздался душераздирающий «Крак!». Через мгновение новоиспечённая леди Ланская с испуганным визгом сверзилась на пол. Всеволод только гневно сверкнул глазами, но ничего не сказал. Решил оставить весьма неприятный разговор до того времени, когда они останутся наедине.
Подняв проштрафившуюся супругу на руки, отнёс на гостевой диванчик. Голосом, в котором звенели ледяные сосульки, он велел слуге принести новую пару обуви, переобуть страдалицу и привести её лицо в надлежащий вид. Проследив, чтобы Лили приняла подобающий новому социальному статусу вид, гордо удалился к гостям. Впрочем, его милая половинка на этот факт никак не отреагировала, заливаясь горючими слезами и размазывая по щекам остатки макияжа и потёкшую тушь.
Всеволод, подгадав, когда Виктора утащит танцевать Геката, решил ещё раз попытаться надавить на бывшую подружку. Откуда ему было знать, что это было сделано исключительно для того, чтобы Иветта внесла свою лепту в восстановление справедливости? Он даже не думал о том, чтобы отпустить строптивую ведьмочку на все четыре стороны.
— Детка, какого черта этот ухарь все ещё крутится возле тебя? — в приятном голосе звенела с трудом сдерживаемая ярость.
Увы, он не мог позволить себе прилюдный скандал. Отец Лилии ещё не погасил кучу долгов, которых накопилось слишком много из-за всего одной крупной биржевой сделки. Её он так неудачно провернул какие-то два месяца назад.
— Возможно, я даже выйду за него замуж! — сладко пропела Ветка, вертясь перед зеркалом. — Он дал мне возможность расставить все точки над «и» в наших отношениях. Галина прикрыла ему спину, чтобы скучающие великосветские львицы не растащили бедолагу по кусочкам, — кареглазая зараза томно вздохнула и снова завертелась перед зеркалом, проверяя, насколько безупречно выглядит.
— Мне казалось, ты поняла, что я тебя никуда отпускать не собираюсь! — Ланской начинал закипать, как чайник, забытый на плите нерадивой хозяйкой.
Эребус, с ужасом увидев, что даже жених не устоял перед чарами приглянувшейся ему шатенки, поспешил появиться рядом. Ухватил молодожёна за локоть и с угрозой в голосе прошипел:
— Женился, вот и топай к Лили, по холодку, так сказать! Или тебе в нужном направлении ускорение придать? — разозлившись, бог мрака с силой пнул новоиспечённого мужа, задавая нужный вектор движения, то есть в сторону официальной половины.
Сам же попытался сгрести вредную колдунью в охапку, но не тут-то было.
— Эрик, у тебя, вроде же, тоже есть жёнушка⁈ — ядовито промурлыкала Талея. — Впрочем, ты настолько бестолковый и неблагодарный, что она нашла весьма достойную замену. Оставь Иветточку в покое, тать бессовестный! — и очаровательная ирландская фея схватила Эребуса за ухо и поволокла к выходу. — Без приглашения приходить на такие рауты не принято милый! Поэтому — пошёл вон! Правила приличия для всех одни! Это свадьба, а не публичный дом, козлик ты безрогий! — тут она пакостно захихикала. — Ненадолго, уверяю тебя.
Выставив надоеду за дверь и наложив чары, чтобы он какое-то время не смог просочиться обратно, вернулась к Мегере. После чего замерла в ожидании следующего акта великолепной пьесы под названием «Свадебный Переполох под соусом Тартар».
Фурия что-то пропела, и Всеволод заметил странную розу цвета полуночи. Брошь его безголовая супруга приколола прямо к лифу платья так, что чёрные с багровым отсветом лепестки покоились на пышной груди, мало чем прикрытой.
— Лили, откуда у тебя эта гадость? — в голосе новоиспечённого мужа проскакивали такие нотки, что даже постороннему человеку стало ясно.
Он только и ждёт, чтобы устроить всесторонний разбор полётов, как только сладкая парочка останется наедине.
— Отстань от меня, Сева! — ревела блондинистая зараза, аккуратно поглаживая ласково льнущие к подушечкам её пальчиков лепестки. — Мне совсем плохо! Разве ты не видишь?
— Ладно, чтобы не устраивать прилюдного скандала, сделаем вид, что у тебя свадебная истерика, с кем ни бывает! Немедленно приведи себя в порядок и возвращайся к гостям! Неужели ты хочешь, чтобы твои кумушки месяцами мыли тебе косточки, сочась ядом и обзывая безголовую новобрачную тем, чем она и является⁈ — подозвав служанку, Ланской свирепо на неё посмотрел и велел присматривать за впавшей в немилость половиной до конца вечера, а сам тут же удалился. Лицо мужчины перекосилось от гнева.
