– Нет, им нужно сообщить сейчас. Вызовите их сюда. Я хочу, чтобы каждую травинку на этом Холме тщательно осмотрели. Мне нужно, чтобы отчеты по Анджеле Рэндалл и велосипедисту были на моем столе, и я хотел бы, чтобы вы съездили в Старли и разделали этого хиппи-целителя под орех.
Она встала.
– С этим я справлюсь.
– Кого бы вы хотели взять с собой?
– Нейтана Коутса. Он уже наводил для меня кое-какие справки, и он жаждет поехать.
Серрэйлер рассмеялся.
– Отлично. И – хорошая работа, Фрея.
Она направилась к двери. С этим ничего не могло сравниться: подозревать, что происшествие важное, заставить других воспринять свои подозрения всерьез, сформировать стоящее дело и получить зеленый свет. Это она любила в работе больше всего; расследования типа этого делали ее жизнь в лондонской полиции сносной, помогая справляться с особо унылыми периодами, неприятными обязанностями и самыми мерзкими делами, и уж точно способны были занять ее голову и отвлечь от мыслей о ее безнадежном браке в рабочие часы. Это было дело, над которым она работала втихаря неделями, потому что не могла смириться с тем, что его отставили как неважное, и по поводу которого оказалась абсолютно права. А это могло обещать ей повышение. Она подумала об инспекторе Камероне и его приеме в больнице. Она никогда никому бы не пожелала тяжело заболеть, но, с другой стороны, Нейтан не раз намекал, что Камерон ждет не дождется, когда сможет уйти на пенсию… а это будет значить освободившееся место инспектора.
Она чуть ли не вбежала в офис, на ходу показывая Натану пальцы вверх.
– Мы в деле. Старший инспектор одобрил и тоже участвует. Патрульные будут прочесывать Холм, и будет обращение по местному радио. Мне нужно, чтобы соседка снова приехала сюда – ты можешь взять машину и забрать ее, Нейтан? – а потом еще позвони в новостную службу радио и предупреди их. Я хочу составить обращение с просьбой об информации, и еще мы передадим его в «Эхо», чтобы они опубликовали в вечернем выпуске. Ой, и не мог бы ты еще попросить Сэнди Марш привезти фото Дебби, если у нее найдется, и чем свежее, тем лучше?
Нейтан подскочил к телефону.
– А что мне потом делать, сержант?
– Мы с тобой поедем в Старли. Может быть, отведаем сэндвич из одуванчиков в органическом кафе.
«– Наше радио вещает по Бевхэму, Лаффертону и области. Это Робби Манкастер с местными новостями и прогнозом погоды для вас в эту пятницу. Полиция Лаффертона обращается с просьбой о предоставлении любой информации о пропавшей девушке. Двадцатидвухлетняя Дебби Паркер, проживающая на Пимент-драйв, Лаффертон, ушла из дома около суток назад и не вернулась. Полиция проявляет повышенную обеспокоенность в связи с этим случаем. Слово предоставляется детективу Фрее Грэффхам из Уголовного розыска Лаффертона.
– Это исчезновение кажется нам нетипичным. Дебби Паркер никогда раньше не уходила из дома без предупреждения, и мы особо обеспокоены тем, что она оставила в квартире свою сумку со всеми личными вещами, а это значит, что у нее не было намерения далеко уезжать или оставаться где-то надолго. Мы убедительно просим граждан сообщать нам сведения о возможном местоположении Дебби Паркер и передавать нам любую информацию, которая, по их мнению, может относиться к делу, несмотря на то, какой незначительной она кажется. Если вы думаете, что видели ее, пожалуйста, свяжитесь с нами незамедлительно.
– Описание пропавшей девушки: примерно пять футов ростом, полная, с прямыми коричневыми волосами средней длины. Вероятнее всего, на ней надеты спортивные штаны и флисовая куртка. Полиция особенно заинтересована в сообщениях от граждан, которые видели девушку, отвечающую этому описанию, в районе Холма. Если вы обладаете какой-либо информацией, пожалуйста, звоните в уголовный розыск Лаффертона по номеру 01990 776776.
– Житель Бевхэма получил четыре тысячи фунтов в качестве компенсации от фирмы, в которой проработал семнадцать лет, «Вейкс Электрик», после того как…»
Сэнди Марш выключила радио, и на кухне стало тихо. Ничего этого просто не могло происходить. В любую минуту Дебби войдет в переднюю дверь, и кошмар закончится. В любую минуту она позвонит и станет спрашивать, из-за чего весь сыр-бор. В любую минуту.
Сэнди чувствовала себя виноватой, как будто из-за того, что она сходила в полицию, исчезновение Дебби стало чем-то зловещим и пугающим. Вот Дебби просто не пришла домой, а вот о ней уже говорит по радио полиция, и все совершенно вышло из-под контроля. Надо было просто сидеть тихо, – думала она, – и тогда Дебби уже вернулась бы. Надо было просто ждать ее здесь и… Конечно, не надо было. Она очередной раз поставила на огонь чайник, просто потому, что ей надо было что-то делать, что угодно, чтобы остановить этот нескончаемый поток мыслей.
Полчаса назад она позвонила отцу Дебби и ее мачехе в Стаффорде, но попросила их не приезжать сразу сюда, потому что Дебби может им позвонить, если не придет с минуты на минуту в квартиру, или даже к ним домой, решив сделать сюрприз. «Как будто бы может», – подумала Сэнди.
