– Ну да, люди не любят возвращаться домой, дома воняет, они по горло сыты домом, их за это винить нельзя.
Он вышел из своей комнаты, зашел в закуток, где Энни оборудовала себе кабинет, и достал жестянку из ящика. Семьдесят пять фунтов.
– Последние двое заплатили наличными, – сказала Энни, входя вслед за ним, – но не бери все, Колин, надо еще оплатить счета за электричество.
Он взял тридцать.
– Ты не думаешь, что тебе стоит позвонить им? Сказать, что она была здесь?
– Зачем? Не думаю, что я был последним, кто ее видел.
– Они просят о любой информации.
– Мы ничего не можем им дать.
Он посмотрел в журнал встреч. Только одна, причем в три дня, и завтра тоже всего одна утром. Нехорошо.
– Надо бы разместить побольше рекламы, – сказал он Энни. – Я поразмыслю над этим за обедом.
Колин Дэвисон выглядел совершенно обычно, неспешно шагая вниз по улице к «Органическому Кафе Грин Мэн», это был непримечательный человек между сорока и пятьюдесятью, и в нем не было ничего от харизматичного Давы. Что-то происходило, когда он выключал свет и надевал свой халат, что-то снисходило на него и придавало его облику мощь и внушительность в тот самый момент, когда к нему входил клиент. Он чувствовал это и знал, что это работает. Колин не был циником. По-своему он верил в то, что делал, хотя уж совсем никак – в то, что говорил. Посмотреть только на эту девочку, Дебби… Сколько она уже от него получила. Он делал то, что не удавалось другим людям – докторам, психиатрам, даже косметологам.
Если все правильно преподать, то вреда нет никакого, а помогают на самом деле – синие карточки, время встреч «наиболее благоприятное для вас», музыка, которую он ставил, фразы, которые он предлагал заучивать. Он был нужен.
В кафе было довольно много народа, и когда он зашел, Стивен Гарлик увидел его и указал на свободное место рядом с собой у окна. Колин взял пирог с сыром и томатами, салат и кекс с корицей, и сел вместе с подносом за стол. Ему нравился Стивен, он владел магазином и еле сводил концы с концами, продавая ароматические свечки, палочки с благовониями, ветряные колокольчики и ловцы снов, экологичные моющие средства и косметику, которая не тестировалась на животных, а также книги обо всем, начиная с фэншуя и заканчивая вегетарианскими рецептами. Он был немного мечтательным и на все сто процентов принципиальным – поборник раздельного сбора отходов и защитник прав животных, честный и неподкупный. Иногда, когда он общался со Стивенсом, Колину становилось немного стыдно.
– Привет.
– Всех благ, – сказал Стив. – Я надеялся, что тебя поймаю.
– Проблемы?
– Да, но не у меня. Ты слышал, кто занял дом 12 по Хен-лейн?
Колин покачал головой с полным ртом теплого и очень вкусного пирога. Они тут умели готовить, особенно выпечку. Нужно было только избегать каких-то совсем странных штук.
– Его зовут Энтони Орфорд.
Лицо Колина по-прежнему ничего не выражало.
– Никто не знает наверняка, откуда он, вроде откуда-то с севера Англии, хотя кто-то говорит, что из Брайтона. Он переезжает раз в несколько лет, наверное, когда для него ситуация становится слишком напряженной.
– Господи, да ты не испорченный телефон, ты совершенно исправный телефон! Кто этот парень?
– Занимается лекарством.
Колин опустил вилку.
– Это не очень здорово. Нас здесь и так довольно много, а клиентов появляется слишком мало. А какая у него специальность?
– Он называет себя хилером.
– О боже. Я слышал о нем. Он открывается, к нему приходит огромная толпа народу, слухи мгновенно распространяются, и к нему начинают съезжаться со всей страны.
– А что именно он делает?
– Говорит, что в нем живет дух какого-то доктора, жившего сотни лет назад, и проводит операции… хотя на самом деле нет. Но людям кажется, что да.
– Это как, еще раз?
– Я не знаю точно, как он это делает, но его слава идет впереди него. Он лечит людей от серьезных заболеваний… опухоли, язвы, склероз… Как только люди узнают, что он здесь, к нему выстроится очередь, а наши конторы опустеют.
– Мне от него никакого вреда не будет… как и этому месту, – Стивен оглянулся вокруг. – И я не думаю, что тебе стоит волноваться, это совсем непохоже на то, что ты делаешь.
– Да, но люди выбирают между нами, немногие из них могут позволить себе несколько заходов.
Ему на ум пришла Дебби Паркер. Она была у других, она сама ему говорила, но все они были в Лаффертоне.
– Ты слышал дневные новости по местному радио? Энни так и набросилась на меня, услышав их. И все из-за этого объявления полиции по поводу пропавшей девочки.
– А что, ты ее знаешь?
– Она приходила ко мне. Толстая девочка с плохой кожей. Милая. Такая невинная. Я бы не хотел, чтобы с ней случилось что-то плохое.
Стивен осушил свою кружку и поднялся.
– Мне еще нужно установить новые колодки на велосипед, перед тем как я откроюсь. – Стивен был категорически против автомобилей, хотя и примирился с тем фактом, что Дава пользовался старым фургоном, чтобы преодолевать семнадцать миль от своего дома до Старли каждый день.
– Ты не знаешь, когда этот парень открывается?
