— Это может быть нечто вроде вызова, — предположил Дойл и махнул рукой, будто отбрасывая от себя какой-то предмет (но вовремя заметил, что держит в руке карандаш). — «Поймайте меня, если сможете» — как вам такая идея?
— Но почему он оставляет ножи
— Простите, я не совсем понимаю, в чем вы видите разницу.
— Всегда в нескольких шагах, а не рядом.
Доктор в раздумье пригладил ус:
— Он не хочет, чтобы оружие нашли, но и не хочет забирать его с собой…
— Но, дорогой доктор, если это так — отчего же он не прячет ножи? Он мог бы зарывать их в песок. Почему он оставляет их
— Вообще-то, есть и другие загадочные детали. Я и сам кое-что обнаружил.
Если бы кто-то пожелал изловить мистера Икс живьем, лучшего крючка было просто не найти. Мой пациент ерзал в кресле от предвкушения:
— Доктор, вы имеете в виду даты и раны?
— Даты?
— Семь дней между убийствами, три обширные раны, ни больше ни меньше.
— Совпадение?
— Совпадение, доктор, — это просто синоним для непонятой закономерности.
Раздавшийся в этот момент стук в дверь определенно являл собой какую-то непонятую закономерность: в проеме появилось пунцовое лицо робкого Джимми Пиггота, в руке он держал большой чемодан. Увидев у мистера Икс посетителя, юноша пришел в совершенный ужас и оглянулся, чтобы удостовериться, что никто за ним не наблюдает из коридора.
— Простите, мисс Мак-Кари… Это почта для мистера Икс.
Я прекрасно понимала, что это за «почта», и с заговорщицким видом молча приняла коробки «Мерривезера». Передача прошла гладко: Джимми пообещал вернуться за своим вознаграждением позже, чтобы нас не отвлекать, и удалился с опустевшим чемоданом. Я спрятала коробки в шкаф, а собеседники даже не прервали беседы.
— Допускаю, сэр, но есть и еще более любопытное обстоятельство.
— Доктор, я сгораю от нетерпения.
— Место. Давайте представим себе Ноггса: это был перекати-поле, шатун (не говорю уже о напитках, от которых он плохо стоял на ногах), актер на третьих ролях и, как поговаривают, поставщик малолетних артистов для подпольных театров; ночи он действительно проводил то в приюте, то возле причалов, в объятиях Вакха. Но Элмер Хатчинс? В Портсмуте его хорошо знали. Это был человек определенных правил. Ночевал он всегда в одних и тех же местах. Что могли делать эти двое на пляже в такое странное время? Быть может, на пляж их приводил убийца? Или они являлись на встречу с судьбой, сами того не сознавая?
— Признаю, доктор, место преступления — загадка, не лишенная интереса.
Меня больше не интересовало их интеллектуальное фехтование. К своему прискорбию, я убедилась, что доктор Дойл — действительно
Но не в том смысле, в каком хотелось бы мне.
В следующий раз беседу прервал ужин, но только на то краткое время, которое потребовалось служанке, чтобы поставить поднос на стол. После вежливого приглашения к столу и не менее вежливого отказа Дойла мой пансионер с аппетитом принялся за еду, не прерывая беседы. Я смотрела в окно. Мне особенно нравятся эти летние закатные часы, когда небо тратит свои последние заряды, пытаясь зажечь море. Это чудо с детства пробуждало во мне мечты, не требовалось даже никакого театра. Пляж, пляж, да, почему? — твердили голоса за моей спиной.
В определенный момент раздался еще один голос. Мой голос.
— Может быть, им нравится ночной пляж.
— Прошу прощения, мисс Мак-Кари? — удивился мистер Икс.
— Вы все спрашиваете друг друга, чем двое нищих могли заниматься ночью на пляже. Может быть, им нравилось море в ночные часы.
Меня обдало волной презрения — почти что толкнуло в спину.
— Мисс Мак-Кари, ну кому может понравиться море в темноте…
Я уже собиралась ответить «мне», но ничего не сказала. Мне показалось, я уловила какое-то движение в нашем темном парке, обнесенном стеной и подсвеченном только прямоугольниками света из окон. Это могла быть птица — разглядеть я не успела. Я подошла к каминной полке, где стояла лампа, а Дойл и мистер Икс тем временем расправлялись с моим предположением.
— Разумеется, нет: совершенно невероятно, что они пришли туда полюбоваться видом…
— Ну конечно же нет, доктор, но мисс Мак-Кари говорит о себе, это ее особая мания: свежий воздух, виды, закаты, открытые окна…
Я в это время разжигала лампу, пытаясь игнорировать язвительные речи мистера Икс, но теперь и ему пришлось замолчать. Шум, похожий на громкий щелчок, застал нас врасплох. КЛАК. Доктор Дойл подпрыгнул на стуле, я отшатнулась от окна… а потом наконец поняла, что могло издать такой звук. Однако живее всех отреагировал мистер Икс. Он выпрямился в своем кресле, его малоподвижное лицо разом искривилось.
— Не открывайте окно.
